Автор Тема: Легенды Абхазии  (Прочитано 8074 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Amra Inal-ipa

  • Гость
Легенды Абхазии
« : Август 30, 2010, 12:21:36 am »
  • Publish
  • 0
    Рождение озера Рица
    Это было так давно, что даже тысячелетний самшит, даже бурная река Бзыбь не помнят, как появилась Рица.
    Но проведал об этом один пастух, который забрался в горы в поисках хорошего пастбища для своих овец. Ему же рассказал это предание звонкий, говорливый ручей. Пастух пересказал предание своим детям, дети - внукам, те - правнукам, а один из них повторил его мне.
    …Когда–то в горах АБХАЗИИ, на том месте, где лежит озеро Рица, была долина, по которой протекала широкая, плавная река. Она несла свои воды к морю и была так спокойна, что даже ребенок мог безбоязненно в ней купаться.
    По берегам реки раскинулись сочные пастбища, на которых пасла стадо молодая девушка Рица. Она была так красива, что с цветом ее губ не могли соперничать даже пунцовые горные тюльпаны, море не могло затмить голубизну и блеск ее глаз, а снега на вершинах гор казались черными по сравнению с белизной ее лица. Ее косы были похожи на длинных извивающихся змей, черных как агат.
    У Рицы было три брата: старший – Агепста, средний – Ацетук и младший – Пшегишха. Братья целыми днями бродили в горах и охотились на, быстроногих джейранов. Вечером они возвращались к Рице и садились у костра, сеявшего яркие искры в ночное небо. Рица жарила мясо, а братья пели песни. Горы слушали эти песни и, засыпая, кутались в густой туман.
    Однажды братья простились с сестрой и отправились далеко в горы на охоту. Прошел жаркий день, горы окрасились багрянцем заката, а братья не возвращались. Рица долго ждала их, потом собрала стадо у реки и, не зажигая костер, легла на берегу. Она смотрела на первые звезды, звезды смотрели на нее и весело сияли ей лучезарными глазами.
    Радостью наполнилось сердце Рицы. Закрыла она глаза и запела песню. Голос ее лился так плавно и красиво, был исполнен такого обаяния, что ночные птицы перестали перекликаться и ручьи остановили свой бег. Вся природа замерла и внимала голосу Рицы.
    Услышали эту песню два лесных разбойника – братья Гега и Юпшара. И сказал Гега:
    - Брат мой, Юпшара! Поезжай и узнай, кто так поет в долине? У кого такой чарующий голос?
    Хлестнул коня Юпшара и помчался, не разбирая дороги, в ту сторону, откуда доносилась песня Рицы. Остановил он коня у обрыва и увидел девушку не земной красоты, лежавшую на речном берегу. Оцепенел Юпшара, плененный ее красотой. Никогда еще не встречал он такой красавицы. Звериная страсть вспыхнула в злом его сердце.
    Он бросился к Рице и схватил ее в объятия. Рица стала взывать о помощи и забилась в его руках.
    Увидел это горный сокол. Расправив крылья, он стрелой полетел к братьям Рицы и поведал им о том, что грозит их сестре. Гнев запылал в сердцах братьев, они помчались стремглав, надеясь выручить сестру.
    НО, было уже поздно… Юпшара, не выпускал Рицу из объятий. Тогда Пшегишха поднял свой богатырский щит и метнул его в насильника, да промахнулся,- щит упал поперек реки и запрудил течение. Вода хлынула на берег.
    Рица увидела, что, у ее ног разливается огромное озеро. Тоска наполнила ее сердце. Не смогла девушка перенести позора, горестно вскрикнула и бросилась в озеро…
    Насильник Юпшара почувствовал ледяное прикосновение воли и обратился в бегство. Братья Рицы кинулись в погоню за ним и настигли. Агепста схватил его могучей рукой и швырнул в озеро. НО закипела вода, перебросила Юпшару через щит Пшегишхи и понесла в море стремительными волнами.
    Тщетно цеплялся Юпшара за склоненные у берегов кусты, вырывая их с корнями. Не смог спасти его и Гега, бежавший вслед за ним по берегу.
    А три брата Рицы, охваченные горем, окаменели, превратились в высокие горы. Стоят они и до сих пор над
    прозрачной, глубокой водой озера, охраняя вечный сон ПРЕКРАСНОЙ РИЦЫ.

    http://abhaziy.narod.ru/LEG.html

    Amra Inal-ipa

    • Гость
    Re: Легенды Абхазии
    « Ответ #1 : Август 30, 2010, 12:23:36 am »
  • Publish
  • 0
    Легенда о происхождении абхаз

    Откуда пришли они, никто уже не помнит, разве что самые древние старики... Даным-давно, в незапамятные времена, жили абхазы в далеком краю Мысыр - теперь его называют Египет. Там жили люди белые, а рядом, в Абассии,- черные. Были у них свои цари, и долгое время пребывали они в мире. А чтобы мир тот был прочен и нерушим, отдавали они своих сыновей на воспитание друг другу. У белых людей во дворце рос наследник черного царя, а у черных - наследник царя абхазского.
    Однажды отлучился абхазский царь из своей столицы: призвали его дела на самый край царства, к горькому морю. И случилась без него беда. Черный царевич играл в саду со своими сверстниками. Ненароком толкнули его, упал он в куст роз па острые шипы и выколол себе глаза. Ослеп черный царевич!
    В страхе собрался народ, стали думать, судить да рядить. Как сказать своему царю о беде, когда он вернется? Что будет, когда черный царь узнает о страшном несчастье, постигшем сына? Страшились абхазы за свою судьбу, ибо знали: жесток у черных людей закон - око за око, зуб за зуб. И боялись они не зря.
    Узнал черный царь, что сын его ослеп, и повелел ослепить абхазского царевича. И началась война. Черных воинов было что саранчи в пустыне, абхазских ж совсем мало. Храбро бились они, лучших бойцов теряли, но не могли остановить врага. Вот уже царь и все люди царского рода погибли. Вот уже совсем не осталось абхазов. И тогда обратился к народу мудрый столетний старик. - Люди! - сказал он.- Приснился мне вещий сон. Будто стоим мы все тут и ждем чего-то. А с юга, с высокой горы, низвергается черный потоп. Многих большая вода захлестнула, многие утонули. Тогда вдруг явилась мне покойная бабушка Хапашава. Протянула, нам свой платок и повела за собой на север. Кто пошел за ней - спасся, кто остался - погиб. Слушайте, люди! Надо бежать на север!
    Собрались абхазы и пошли па север - через пустыни безводные и горы бесплодные. Шли день и ночь, устали, проголодались, истомились от жажды. И вот остановились они у подножия гор, сплошь покрытых лесами.
    Ночью разбудил абхазов далекий грохот. Заволновались люди. Начали спрашивать друг друга: "Кто это гонится за нами с юга? Какой еще ждать беды?"
    И тогда неведомо откуда из ночной темноты вышла дряхлая, седая старушка, точь-в-точь покойная бабушка Хапашава. Вздохнула она тяжело и промолвила: Гонится за вами пророк черных людей Хазара-таалы. Мчится он на колеснице, запряженной арашем Дулдулом. А видом этот араш подобен жирафу, но голова у него ослиная, а копыта железные. Скоро он будет здесь, и вам от него по уйти. Всех потопчет свирепый араш Дулдул! Заплакали люди, заметались от горя. И тогда сказала им старушка: - Утрите слезы, есть еще надежда. Дайте мне сито, муки самой белой и соли!
    Принесли ей все, что она просила. Просеяла старушка муку и соль, замесила круто и испекла на углях большой плоский хлеб.
    Заклубилась пыль с юга, налетел из пустыни пророк Хазаратаалы па своей колеснице. Страшен был его конь-араш Дулдул! Искры летели из-под его железных копыт.
    Но тут вышла вперед старушка и положила перед Дулдулом абхазский хлеб с солью - апсуа рчеп-жика. И остановился перед ним араш Дулдул как вкопанный.
    Не мог понять Хазаратаалы, почему не скачет Дулдул на врагов, почему не топчет их железными копытами. Замахал мечом, закричал, начал понукать араша. А Дулдул ни с места. Тогда соскочил пророк Хазаратаалы с колесницы и увидел перед собой апсуа рчен-жика. Но законам предков не мог он переступить через хлеб-соль и вложил меч в ножны.
    Долго уговаривал Хазаратаалы абхазов покориться и вернуться в Мысыр, обещал им пощаду, если заплатят выкуп за кровь. Но ответили ему абхазы:
    - Мы выкуп свой кровью уже заплатили и назад не вернемся.
    Повернулся тогда Хазаратаалы к беглецам спиной и ускакал на своем араше в пустыню.
    А люди пошли дальше на север. Добрались они до высоких гор, дошли до большой Лыхненской поляны, окруженной дремучим лесом. И тут остановились.
    От этих людей и ведут счет своим поколениям нынешние абхазы. Но не все беглецы остались здесь, другие двинулись дальше и осели на реке Кубани, От них пошли абазины.
    Так ли это было или не так - никто не знает. только до сих пор чтят люди Апсны священный закон хлеба-соли. И не преступают его никогда.

    http://abhaziy.narod.ru/OZE.html

    Amra Inal-ipa

    • Гость
    Re: Легенды Абхазии
    « Ответ #2 : Август 30, 2010, 12:28:05 am »
  • Publish
  • 0
    ЛЕГЕНДА О ГОЛУБОМ ОЗЕРЕ И ПРЕДАНИЕ О ДОЧЕРИ МОРСКОГО ЦАРЯ

    О ГОЛУБОМ ОЗЕРЕ:
    Прекрасная Дзыдзлан - владычица вод. Живет она в богатых чертогах глубоко под водой. Ее красивые каштановые волосы волнами спускаются до пят, причем пятки у нее спереди, а ступни сзади - никто не может повалить ее на спину. Есть у Дзыдзлан волшебное зеркало, в котором отражается все, что происходит на свете,- все видит, обо всем знает красавица! Влюбляется она только в самых красивых мужчин, заманивает их к себе, а затем отпускает с богатыми подарками.
    Жил-был на свете один очень ленивый пастух, к тому же очень уродливый. Пас он стадо на склонах горы Мамдзышха. И прослышал лентяй, что где-то в этих местах живет красавица Дзыдзлан. Очень ему захотелось ее увидеть и чтобы она полюбила его. И так как лентяй полагал, что необычайно хорош собой, то часто стал уединяться на одной зеленой лужайке на берегу прозрачного ручейка, вытекавшего из пещеры недалеко от реки Бзыбь. Здесь в тени самшита он засыпал, надеясь, что во сне Дзыдзлан придет к нему скорее.
    Красавица действительно узнала, что на поляне бывает какой-то мужчина. Любопытство взяло верх, она решила пойти посмотреть, кто это так добивается ее внимания. Но когда Дзыдзлан подошла к спящему и увидела его уродство, она рассвирепела, схватила сонного лентяя и швырнула на землю.
    Удар был настолько сильным, что потолок находившейся под лужайкой пещеры не выдержал и рухнул. И образовалось здесь со временем большое озеро, которое было названо Голубым за его особенный цвет.


    О ДОЧЕРИ МОРСКОГО ЦАРЯ:
    /Предание абхаз/
    У старого Келиш-бея один сын. Ах, только один, последний в роде, красавец Джамлат! Женщины выходят на улицу, девушки тайком выглядывают из-за дверей, когда идет мимо красавец Джамлат. И не одно девичье сердце бьется, как раненая птичка, не одно девичье лицо загорается алым пламенем, когда сверкнут глаза молодца, сына Келиш-бея...
    Но не хочет жениться Джамлат. Печальный, лежит на покрытой коврами тахте. Тонок его стан, под боком у него спокойно спит, свернувшись, кошка, заострились его широкие плечи, побледнело его смуглое лицо.
    — Что грустишь ты, сынок? Что не сядешь на твоего араша-коня, не поедешь в горы на охоту, принеся жертву богу Абна-Инчваху? – спросила Джамлата его старая кормилица.
    — Ах, не видать мне больше бело-синего моря, не видать высоких гор Уарцаху... На заре, на розовой утренней заре, когда проходил я по морскому берегу, купались там двенадцать девиц, невиданных дивных красавиц. У их белых ножек осталось моё сердце, как сахар в воде, растаяло оно, и тьмою стал день мне...
    — Тяжкую беду послал на тебя Бог богов! Не девиц из рода людского видел ты, то двенадцать дочерей Морского царя живут они в безднах подводных, летают над землею легкими облачками... И много уже молодцев погубили они своею красотою. Кто раз видел красавиц, дочерей Морского царя, тому нет спасенья, засохнет он, как лист в позднюю осень, и скоро душа его расстанется с телом... Но тебе не дам я погибнуть, недаром много зим пронеслось над моею головою. Ты иди на заре к тому месту, где видел красавиц, и когда прилетят они и станут плескаться в прозрачной воде, подползи ты гибкой змеей, взяв потихоньку чадру любой из красавиц, с той чадрой скорей возвращайся домой. Та из дочерей Морского царя, чью возьмешь ты чадру, сама придёт к тебе и станет твоею женою. Но помни: если ты хочешь удержать её, не отдавай ей ни за что её чадры, как бы она ни просила. Лучше всего сожги ту волшебную чадру, хоть тогда и будет жена твоя вечно печальна...
    Так всё и сталось. На утренней красной заре лишилась младшая дочь Морского царя своей чадры, и нельзя уж ей было вслед за сестрами подняться высоко-высоко над землею, нельзя было опуститься и в подводное царство царя. Лишь настала ночь, подошла красавица к окну Джамлат-бея, подошла и так говорила:
    — Много ли чести тебе, молодцу, что украл ты у девушки чадру? Отдай мне её, не позорь себя, не отнимай у меня воли. Отдай, дорогой мой, за неё принесу я тебе, сколько хочешь, и золота и дорогих каменьев. Много богатств у отца моего, Морского царя, и все их отдаст он за свободу мою...
    — Что мне в богатствах! Не вернут мне жизни дорогие каменья, отвечал Джамлат, на огне твоем горю я, и открыта для меня тёмная могила, если не будешь ты моею женою...
    И вошла дочь Морского царя в дом молодого Джамлат-бея и стала его женою.
    Уже три раза с той поры опадали листья с деревьев, три раза, с теплым ветром, пролетали на полночь из-за моря птицы. Две весны уже минуло сынку Джамлат-бея и жены его, дочери Морского царя, черноглазому, кудрявому Асану... Только невесела всё молодая жена: не рядится она в дорогие одежды, не гуляет с подругами. Молча сидит она на морском берегу, не отрывая глаз, смотрит вдаль, где над морем носятся вольные тучки.
    — Полно грустить, дорогая подруга моя, говорит ей муж, или не мил я тебе, или не любишь ты наше дитя?
    — Мил ты мне, господин мой; дороже мне глаз наш сынок. Но дай мне хоть взглянуть на мою девичью чадру, дай хоть коснуться её.
    За горы, в дальний Джвари едет Джамлат-бей на своём вороном коне, посадивши сзади себя жену с дитятей у груди. Чудесному лику Цка-Квирквэ едет он принести жертву, чтобы отпала тоска от сердца жены.
    И исполнил желание его Цка-Квирквэ, великий святой чтут его мусульмане. В первый раз после свадьбы улыбнулась молодая жена Джамлат-бея и блеснули очи её весельем.
    — Ты возьми, дорогой господин мой, твою звонкую чунгури, так сказала она мужу, и сыграй мне песню веселую, плясовую. А я порадую твою душу, спою и спляшу тебе, как, бывало, отцу моему Морскому царю пела и плясала.
    — Ах, давно уж забыл я о моей чунгури. Пылью вся покрылась она, высохла, оборвались её тонкие струны...
    — Я сотру с нее пыль моей златотканой чадрой, из волос моих сплету новые струны!
    На пороге, на высоком крыльце, сел Джамлат-бей; он играет веселую песню на своей чунгури. Звонко поют её струны, а голос молодой жены ещё звонче льется, быстро бегают пальцы Джамлата по ладам, но ещё быстрее мелькают ножки красавицы в веселой пляске... Собрались соседи, стали в круг, диву даются, что за дивная невиданная пляска, что за чудная, неслыханная песня! В лад той песне пляшут скалы и камни, в лад ей поднимаются морские волны, в лад ей качаются вершинами деревья…
    — Нет, добрые люди, плоха моя пляска, не весела ещё моя песня! Вот если б сплясала я так, как плясала перед отцом моим, тогда б, может быть, и вы повеселились... Та пляска с моей девичьей чадрою. Да не хочет мне муж дать моей чадры, не верит он мне.
    Стали люди просить Джамлат-бея, чтоб дал он жене чадру, только сплясать с нею: ведь некуда ей уйти из круга... И дал он жене заветную чадру, снявши её с груди своей, где её хранил, растаяло его сердце, как увидал он, что весела его дорогая жена. Забыл Джамлат-бей наказ своей старой кормилицы...
    Лишь накинула дочь Морского царя заветную чадру себе на голову, просияло лицо её неземной красотою, ростом стала она выше всех людей. И в чудной пляске понеслась она, закружилась с веселою песнею. Словно розовым туманом обертывается чадрою всё гуще и гуще; всё быстрей и быстрей она кружится... Не видать уж лица её светлого, не видать её поднятых рук, все стало туманом, лишь песнь её льется... Все тише и тише. Кверху всплывает туман в лучах заходящего солнца... Исчезла царица... и слышится мужу далеко-далеко, словно тихий шелест листвы:
    — Милый, прости! Не жена я тебе... Как увидишь ты в небе стайку розовых туч, вспоминай обо мне. Я, меж ними летая, буду смотреть на тебя и сынком любоваться. Прощай!
    Упала из рук Джамлат-бея его звонкая чунгури и разбилась. Тихо склонился с высокого порога сам молодой Джамлат-бей, склонился и пал бездыханно на части разорвалось его сердце...
    А сынка его и Морской царевны, сироту Асана, вскормил и воспитал старик дед его Келиш-бей. Вырос Асан-бей, стал славным витязем, и от него ведет начало знаменитый род абхазских великих князей Шервашидзе-Чачба.


    АНТИЦА:
    - Пяти лет молчания больше чем достаточно, доченька. Прошу тебя разговаривать при мне, очень прошу, - говорил старый Джгуанат жене своего единственного сына Тамшуга – очаровательной Антице. – Ни разу за все эти пять лет, что ты в нашем доме, я еще не слышал твоего голоса. Вероятно, он у тебя такой же приятный, как и ты сама. Ну, скажи, хоть одно слово. Прошу тебя!
    Но не так-то легко упросить абхазскую сноху нарушить веками установившийся обычай, запрещающий женщине разговаривать при свекре.
    Джгуанат Кове жаловался своему соседу Махазу Тарбе:
    - Глупый этот обычай. Глупые люди придумали его.
    - Нет! Я не считаю людей, придумавших такой обычай, глупыми, - ответил сосед. – Но если ты настаиваешь на своем, то ведь у нас есть и другой старинный обычай, он поможет тебе.
    И Махаз Тарба напомнил Джгуанату этот другой обычай: просьба, высказанная в присутствии более десяти человек и поддержанная ими, должна быть выполнена.
    - Верно! – обрадовался Джгуанат.
    На другой день старик распорядился зарезать одного из двух своих бычков и приготовить званый обед на сорок человек.
    - По какому случаю? – недоумевал сын.
    - Узнаеш позже, - сказал отец улыбаясь.
    Джгуанат сам обошел соседей, родственников, друзей и пригласил их в гости.
    К середине дня едва помещавшийся в пацхе Джгуаната стол был заставлен всякими яствами и вином. Один за другим явились гости. На вопросы любопытных: по какому случаю устроен этот званый обед? Кто виновник торжества? Не задумал ли жениться восьмидесятилетний вдовец Джгуанат? – старик отвечал одно и тоже:
    - После, после! За столом узнаете. А пока садитесь!
    И вот, когда гости, усевшись за стол, приступили к еде, и было уже выпито по нескольку бокалов вина, хозяин дома встал, держа в руке наполненный большой рог, и произнес:
    - Мои дорогие гости! Я хочу объяснить, почему пригласил вас сегодня. Все вы знаете мою сноху Антицу. Глаза ее светят, как звезды, доброта и услужливость не знает предела. Я люблю ее, как родную дочь. Но одна беда не дает мне покоя. Уже больше пяти лет украшает она мой дом, но я ни разу не слышал ее голоса.
    Строго исполняя наш старый абхазский обычай, она не разговаривает при мне, свекре. Любя и уважая ее, я хочу, чтобы она впредь чувствовала себя при мне свободно – не как сноха, а как дочь. Провозглашая тост за ее здоровье, я прошу ее исполнить одну мою большую просьбу. Вас же всех, мои дорогие соседи, родные и друзья, я пригласил сегодня для того, чтобы и вы все поддержали просьбу к моей снохе Антице: пусть она с сегодняшнего дня начнет разговаривать при мне.
    И Джгуанат осушил рог.
    - Просим! Просим! – хором поддержали гости.
    Зардевшись от стеснения, стояла Антица в углу, склонив голову с длинными черными косами.
    Хозяин снова наполнил рог и протянул его своему соседу Махазу. Почтенный и всеми уважаемый, убеленный сединами Махаз Тарба с благодарностью поднял рог и обратился к Антице:
    - Дад! Мне идет уже сто двадцать восьмой год. И скажу по правде – за все это долгое время я не знал случая, не видел и не слышал, чтобы какая-нибудь абхазская сноха удостаивалась такой высокой чести со стороны своего свекра и его друзей. «Чего только не увидишь, если никогда не умрешь!» - говорит старая пословица. Что ж, раз добрый и благородный Джгуанат так решил, значит, ты этого заслужила. И я, конечно, присоединяюсь к просьбе моего друга Джгуаната и тоже прошу тебя начать разговаривать при нем, хоть он тебе и свекор. Пью за твое здоровье!
    Все поднимали этот рог, и все просили о том же.
    Долго пировали гости и только поздней ночью разошлись по домам.

    Утром старик Джгуанат поднялся с постели, оделся и вышел во двор. Антица доила корову.
    - Доброе утро, дад! – приветствовал старик Антицу, предвкушая удовольствие услышать в ответ ее нежный, ласковый голос.
    - Доброе утро, доброе утро, - ответила она, и старику почудилась нотка неучтивости в ее голосе. - Ну? Что скажешь? – добавила она еще более грубо. – Придержал бы хоть теленка! Не видишь – мешает…
    Старик опешил. Трудно было поверить, что это голос его прелестной Антицы. Но он не ошибся, он слышал сказанное своими ушами. Старик подошел к теленку, который, кстати сказать, стоял спокойно и никому не мешал, и придержал его.
    - А где Тамшуг? – спросил он.
    - Черт его знает, куда он делся, твой Тамшуг! – сказала Антица. – Наверное, пошел по делам. Он ведь не такой лежебока, как ты!
    - Доченька, у тебя какая-нибудь неприятность? – нерешительно спросил старик. – Или тебе нездоровится? Ты как будто немного не в духе сегодня? Что случилось?
    - Что может со мной случиться? – огрызнулась сноха. – Не только я, но и ты совершенно здоров! А все притворяешься хворым.
    Удивленный и расстроенный старик побрел в дом, прилег и стал думать: что произошло с Антицей? Словно кто подменил ее. Столь резкая перемена за одну только ночь…
    Джгуанат старался сосредоточиться. Но не ту-то было.
    - Лежит и лежит, ничего не делает! – услышал он ворчливый голос снохи.
    Она стояла на пороге пацхи.
    - Долго ты еще будешь валяться? – крикнула она. – Не надоело?
    Это было невыносимо для старого Джгуаната Кове. Забыв про свои больные кости, он вскочил, надел башлык и торопливо ушел со двора. Удаляясь от дома, он долго еще слышал злобный голос снохи.
    Весь день бродил он по полю, побывал в гостях у дальних соседей и только с наступлением темноты вернулся домой.
    - Дад Тамшуг, - обратился он к сыну, перед тем как лечь спать. – Мне уже немного осталось жить. Я это чувствую. И мне хочется завтра снова повеселиться. Остался у меня еще бычок. Зарежем и его. Приготовьте с Антицей обед, а приглашением гостей займусь я. Не возражаешь?
    - Конечно нет, отец! – удивленно ответил сын.
    На другой день гости, те самые, которые были здесь два дня назад, снова уселись за длинным столом и приступили к еде. Было выпито уже несколько бокалов вина. Тогда опять поднялся хозяин дома, старый Джгуанат, с тем же большим, уже знакомым гостям рогом вина в руке и сказал:
    - Дорогие гости! Только позавчера мы с вами, собравшись за этим столом, просили мою славную сноху Антицу разговаривать при мне – ее свекре. Она исполнила нашу просьбу, вчера я вполне насладился ее речью. Сегодня я пригласил всех вас сюда, чтобы снова при вас обратиться к моей снохе Антице. Я прошу ее – и надеюсь, что вы поддержите меня, - вернуться к обычаю наших дедов и перестать разговаривать при мне – ее свекре.
    - Вот как! – воскликнул Махаз Тарба. – Выходит, я был прав, когда говорил, что не так уж глупы люди, придумавшие этот обычай? Но для того, чтобы ты это понял, пришлось зарезать двух бычков, - усмехнулся он.
    - Не могу с тобой согласиться, что обычай этот хорош, - сказал Джгуанат Кове, - но на этот раз я и сам не придумал ничего лучше…


    Amra Inal-ipa

    • Гость
    Re: Легенды Абхазии
    « Ответ #3 : Август 30, 2010, 12:32:50 am »
  • Publish
  • 0
    СВЯЩЕННЫЙ ГРААЛЬ

    ГРААЛЬ
    Происхождение Грааля – от Голгофы. Кровь Господня, стекавшая по крестному древу, была собрана праведным Иосифом Аримафейскими в таинственную чашу. Это та самая чаша, над которой Спаситель произнес главное слово Тайной Вечери: "Пейте от нее все. Это Кровь Моя Нового Завета. Испивший ее не умрет вовек". Возраст ее уже к тому времени исчислялся веками. Материал, из которого она изготовлена, утверждает Предание, был некогда камнем в короне Денницы. Драгоценный этот небесный самоцвет сиял в центре венца и являлся средоточием миросозидающих сил. Архангел Михаил при низвержении Люцифера с неба выбил камень из его короны, тем самым изъяв у падшего ангела власть и благословение творить миры. Это благословение было передано Адаму, утрачено им по грехопадении, вознесено на небо, оттуда впоследствии возвращено Мелхиседеком Новому Адаму – Христу.
    чудным образом, чем в раннехристианские времена, Священный Грааль будет умножаться для всех жителей новой земли и нового неба, пока наконец не будет вознесен на алтарь храма Премудрости, затем опять сокрыт на длительное время (c XXVI по XXIX вв.) и воздвигнут премирным светильником во дни наступления вечного Царства Божиего на земле и вечного блаженства истинных сынов его.
    Грааль как и Крест имеет два измерения, две сферы пребывания и как бы две истории – земную и небесную. История земная таинственна, хотя в христианских апокрифах запечатлены скупые свидетельства о ней. Иная, небесная история до сих пор запечатана и доступна лишь посвященному оку и сердцу. Путь к постижению тайны Чаши лежит через вхождение в тайну Креста – тайну распятой любви, страстного экстаза и голгофского Брачного одра. Но, продвигаясь к ней, невозможно не поразиться, до какой степени ничтожно и убого то, что мы знаем о Священном Граале из исторических свидетельств и земных хроник.


    АБХАЗСКИЙ ГРААЛЬ:
    Свидетельства легенд, учёных и очевидцев о пребывании Чаши Грааля и в Абхазии.
    Абхазию знают как страну дивной природы, где за один день можно дойти от ласкового, тёплого моря до суровых ледяных вершин. Иногда кажется, если бы на земле был рай, то он должен быть именно таким. Но совсем немногие знают Абхазию, как страну святых чудес, сокровенных тайн, ждущих своего раскрытия...
    В развалинах древних храмов Абхазии на месте древнеабхазских святилищ, на вершинах священных гор и сегодня можно наблюдать некоторые символы Грааля, вырезанные в белом камне. Например Мальтийский Крест в круге или 3 Мальтийских креста в полуокружности, барельефы рыб, передание помазанного сердца от мужской к женской ипостаси Божества… Эти знаки начертаны в святилищах на горе Лашкендар около г.Ткварчал и на вершине Иверской горы в г.Новый Афон.
    Интересно, что в сторону святой горы Лашкендар невозможно сделать ни одного выстрела: снаряды натыкаются на невидимую преграду и падают вниз (что во время войны неоднократно наблюдалось многими людьми)…

    /Из книги «Рассказы Абхазских Старцев»/
    --------------------------------------------------



    АПСУАРА:
    Давным-давно, во время оно Бог разослал всем народам повеление явиться к себе до полудня:
    «Я буду раздавать землю».
    Собрался в путь и абхазец. Он уже оседлал коня, как вдруг увидел у ворот усталого запыленного путника. Что было ему делать: опоздать к раздаче или нарушить закон гостеприимства – главный закон Апсуара...
    Когда абхазец, наконец, отпустил Гостя, солнце уже было высоко. Как абхазец не погонял своего коня, к назначенному сроку он опоздал.
    – Где же ты был? – спросил Бог, с огорченным видом, – я уже раздал все земли.
    – У меня был Гость, я не мог отпустить его, не накормив и не напоив, пока не поднял все положенные тосты.
    – Этим Гостем был я, – сказал Пророк Апааимбар – один из служителей Бога.
    – Ну что ж, – сказал Бог, – Раз ты решился пожертвовать своей долей ради заповеди гостеприимства, которую Я дал тебе, то Я дам тебе во владение тот уголок земли, которую избрал для себя. Оставайся таким же гостеприимным, но храни землю Апсны от всех, кто захочет присвоить ее себе.
    А тот Гость, которого принимал абхазец, продолжал посещать землю Апсны. И чтобы абхазцы не забыли, чья это земля, он установил семь святилищ Аных для поклонения Богу.


    /Записано со слов хранителя Святилища Дыдрипш Заура Чичба в 1994 г.. Записал и перевел на русский язык И.Хварцкия (с.3)/.
    --------------------------------------------------



    КРОВЬ РОДА АЦАНБА:
    С древнейших времён в народе живёт предание о том, что княжеский род Ацанба обладает особыми свойствами крови. Носители этой крови не только не болеют сами, но и способны исцелять других. Свойство это передаётся только по мужской линии. Один из способов исцеления описывается так:
    Рано утром ватку, смоченную кровью Ацанба погружают в воды родника у пересечения трёх дорог. После этого вода приобретает исцеляющие свойства.
    По каким-то причинам мужская линия этого древнейшего рода почти исчезла. Как утверждает доктор Г.Жвания, Московский институт гематологии подтвердил, что кровь Ацанба обладает особыми свойствами, улучшая свёртываемость крови.

    /Со слов Г.Жвания записал И.Хварцкия/
    --------------------------------------------------



    СЛУЧАЙ НА СВЯТОЙ ГОРЕ:
    Святилище Дыдрыпш в настоящее время является главным и наиболее почитаемым в Абхазии. Даже скот не щиплет траву на святой поляне на вершине горы. Вот один случай во что обходится посягательство на святое место. Рассказывает житель села Ачандара Джамфер Царгуш:
    Как-то в середине 1970 годов начали прокладывать дорогу для вывоза леса. Начальник строителей решил провести её прямо через святилище Дыдрыпш. Когда у подножья святой горы загремели взрывы, ачандарские старики во главе со жрецом Чичба стали убеждать их, что этого делать ни в коем случае нельзя. Однако главный инженер раздраженно отмахнулся от них: «тут такое важное дело, а вы со своими местными суевериями». Работы были продолжены. И тут на строителей одно за другим посыпались нес частья. Один человек погиб, другие получили ранения при взрыве динамита, бульдозер сорвался в пропасть. Строители зароптали и отказались работать. Приехала «высокая» комиссия из Тбилиси, решили пустить дорогу в обход.

    АПСУАРА

    Апсуара – морально этический кодекс народа, свод нравственных законов.
    Интересно отметить, что такие же свойства крови приписывались древнему французскому королевскому роду Меровингов Может быть, с этим связано мнение некоторых немецких исследователей о том, что Чаша св. Грааля первоначально хранилась у абхазских князей Косвенным подтверждением может случить один из гербов рода Ачба длинные золотые волосы отличительный признак древних французских королей (И Хварцкия) Инал Цандия грузинских летописей, по-видимому Инал великий Цанба – джигетский князь, разгромивший объединенные войска мегрелов и гурийцев в 1533 году В битве был убит мегрельский предводитель Дадиани, а гурийиский – взят в плен Согласно преданиям и Ш.Ногмову он родоначальник кабардинских (вообще адыгских) князей. (Ш. Д. Инал-ипа. Антропонимия абхазов Майкоп 2002г)
    Так в 1942 году старейшины во главе ачандарским жрецом обратились к Дыдрыпш-аныхе, чтобы она остановила нашествие немцев, уже перешедших перевал у села Псху.
    Абна-Инчваху бог охоты и диких зверей.
    Дыдрыпш — в переводе с абхазского означает «Гора громов» (владение громов). Согласно преданию, Дыдрыпш-ныха и Лдзаа-ныха соединяются посредством молнии, в небе над рекой Бзыбь...


    http://abhaziy.narod.ru/graal.html
    « Последнее редактирование: Август 30, 2010, 12:37:42 am от Amra Inal-ipa »

    Amra Inal-ipa

    • Гость
    Re: Легенды Абхазии
    « Ответ #4 : Август 30, 2010, 12:36:48 am »
  • Publish
  • 0
    Родник "Мужские слезы":

    "Давным-давно,- рассказывают старики,- в этих местах жила только одна семья. Единственная дочь, красавица по имени Амра, уходила на берега Бзыби, чтобы пасти коз, и пела песни, долетавшие до ее возлюбленного, который жил в горах. Настолько хороша была девушка и так хороши были ее песни, что ревностью вспыхивало сердце русалки, жившей в водах Бзыби. Однажды, не в силах вытерпеть красоты Амры, поднялась на скалу русалка и хотела сбросить девушку зниз Горько заплакала красавица Амра. Потекли по скале ее девичьи слезы и достигли реки. На призыв о помощи поднялся из реки бог воды. Грозно окликнул он завистливую русалку. И превратилась она от страха в камень. Не в память о спасении Амры до сих пор сочатся из-под скалы родники...
    А возлюбленный Амры, Адгур, охотясь в это время в горах, вдруг почувствовал в сердце боль. Понял он, что какое-то несчастье грозит его любимой и что он не может ей помочь... Скупые слезы воина упали на камень..."
    И вот, словно подтверждая древнюю легенду, дальше через несколько километров, за Голубым озером, до которого еще предстоит доехать, сочатся из камня редкие, скупые слезы...



    Родник "Женские слезы":

    Заметили вы по дороге на озеро Рица водопад? Он струится уже долгие годы, и тысячу лет еще струиться ему. Водопад этот необычный, и вода там тоже необычная - холодная, чистая, как слеза. И ветер играет слезою, и солнце играет, но не сушит ее. Неиссякаема эта слеза, девичья слеза, горючая. А когда-то, очень давно, не было здесь ни дороги, ни абхазского села Бзыбь, ни водопада. Стоял на этом месте один-единственный дом. И жила в нем семья пастухов. И была у стариков дочь - молодая красивая девушка. Имя ее сейчас забылось. Пасла эта девушка коз и часто уходила с ними высоко в горы. Там она и приглянулась горному духу, и они полюбили друг друга. Узнала об этом злая ревнивая волшебница, крикнула так, что ходуном заходили горы, закипели реки и с корнем вырвались многовековые деревья.
    - Нельзя допустить, чтобы любила смертная бессмертного духа. Не бывать тому, пока хозяйкой здесь я!
    И решила злая волшебница погубить молодую девушку, ибо бессильна была она бороться с горным духом. Стерегла волшебница девушку денно и нощно. И выследила ее однажды, когда пришла девушка со стадом к краю обрыва. Схватила волшебница девушку, подняла высоко ее над горными хребтами:
    - Брошу тебя вниз на скалы, будешь ты добычей хищных птиц, если не откажешься от любви своей к горному духу.
    Взмолилась девушка и стала звать друга своего, но он был тогда далеко от этих мест - парил высоко над другим отрогом Кавказских гор - и не услышал призывов своей возлюбленной.
    Тогда стала просить девушка волшебницу пощадить ее любовь. Но неумолима была волшебница. Она была уже готова бросить девушку на острые скалы, как вдруг брызнули слезы любви из глаз красавицы, и зазвенел ее голос по ущельям и кручам:
    - Пусть я умру, но отольются тебе мои слезы.
    И тысячу лет, и две будут литься они с горного уступа. И не будет тебе покоя вовек - за погубленную любовь человеческую.
    С тех пор и льются водопадом девичьи слезы.
    Водопад "Девичьи слезы" находится в начале дороги на озеро Рица, на правом берегу реки Бзыбь. Он образован талыми водами с альпийских лугов, фильтрующимися сквозь толщу известняковых скал. Эти струи и образуют рядом с шоссе прозрачную, искрящуюся на солнце водяную решетку.

    http://abhaziy.narod.ru/RODNIK.html

    Amra Inal-ipa

    • Гость
    Re: Легенды Абхазии
    « Ответ #5 : Сентябрь 25, 2010, 05:28:16 pm »
  • Publish
  • 0
    СКАЗАНИЕ О ВОЗВРАЩЕНИИ ОГНЯ
     В давние-давние времена, когда земли Абхазии были сплошь покрыты густым лесом, а горы зеленели под лучами жаркого солнца, жили здесь прекрасные, сильные люди. Жили дружно и весело. Природа щедро дарила им плоды и мясо диких зверей. Чистые реки несли этим людям прохладные воды... Словом, беззаботно жили они, ибо им не стоило большого труда добыть себе пищу или найти кров: краем изобилия была тогда Абхазия. И единственное, чем дорожили эти люди, что оберегали пуще глаза своего,- это огонь, который горел уже сотни лет на вершине холма. Люди не давали ему погаснуть, ибо жило среди них поверье: не будет огня - не будет у них счастливой жизни. Но однажды случилось так, что ливень погасил вечное пламя. Не уберег его нерадивый соплеменник. Люди пришли на холм и с ужасом увидели, что вместо жаркого пламени в священном очаге курился жалкий дымок. И начался тогда среди людей великий плач. Очаг угас навсегда. А люди? Они по-прежнему предавались плачу и стенаниям, ибо свято верили в предсказание своих пращуров. Тогда встал самый старый и многоопытный из них и спросил людей, не ведает ли кто секрета добычи огня. Ответом ему было молчание. - Тогда погибать нам,- промолвил старик.- А не найдется ли средь нас смельчака, который достал бы с неба кусочек раскаленного солнца? Люди в недоумении поглядывали друг на друга. - Нет, такого не найти между нами, не найти,- шептали они. Но вдруг толпа зашевелилась, раздалась, и на середину вышел очень красивый юноша. - Это Амра... Его зовут Амра,- заговорили вокруг. Они хорошо знали Амру. Юноша был воплощением красоты и смелости. - Я достану кусочек солнца! - сказал он твердо. Мы, однажды потерявшие огонь, можем вновь обрести его. Но кусочек солнца - не слишком ли это много для маленького народа? - Нет, нет! - закричали люди.- Возьми, Амра, наши руки в помощь себе, только добудь для нас скорее обещанное. - Хорошо,- сказал юноша. Три дня и три ночи народ под руководством Амры делал гигантский лук. Высотой этот лук был в сотни и сотни локтей. А тетиву для него свили из жил тысячи быков. Наконец по истечении третьей ночи люди подняли гигантский лук со стрелою на вершину самой высокой горы - Эрцаху. А солнце к тому времени уже стояло в зените. Тысячи людей натянули тетиву. Амра тщательно прицелился. И совершилось чудо: стрела угодила прямо в центр солнца. Солнце затрепетало от боли, уронив слезинку. Очень скоро слезинка достигла земли, и жарко вспыхнул тысячелетний лес. Дымом были устланы три месяца долины нашей земли. Огня было много, но исчезли леса, живьем сгорела дичь, и обмелели реки. - Ты вернул нам огонь, по ты лишил нас пищи,- упрекали люди Амру.- Теперь не жить нам безбедно. Уходи от нас, юноша, принесший несчастье. - Хорошо,- сказал Амра,- я уйду. И пусть печаль, поселившаяся в ваших сердцах, исчезнет вместе со мной. Сказал так Амра и вмиг превратился в солнечный луч, который заиграл на лице ребенка. С тех пор обильно растут леса на нашей земле только в предгорьях. Но зато тучна и плодородна земля у подножия гор. И произрастают тут разные плоды, и живется счастливо людям под солнцем, которое по-абхазски зовется Амра.

    ОТКУДА ВЗЯЛОСЬ ГОЛУБОЕ ОЗЕРО
    Прекрасная Дзыдзлан - владычица вод. Живет она в богатых чертогах глубоко под водой. Ее красивые золотистые волосы волнами спускаются до пят, причем пятки у нее спереди, а ступни сзади - никто не может повалить ее на спину. Есть у Дзыдзлан волшебное зеркало, в котором отражается все, что происходит на свете,- все видит, обо всем знает красавица! Влюбляется она только в самых красивых мужчин, заманивает их к себе, а затем отпускает с богатыми подарками. Жил-был на свете один очень ленивый пастух, к тому же очень уродливый. Пас он стадо на склонах горы Мамдзышха. И прослышал лентяй, что где-то в этих местах живет красавица Дзыдзлан. Очень ему захотелось ее увидеть и чтобы она полюбила его. И так как лентяй полагал, что необычайно хорош собой, то часто стал уединяться на одной зеленой лужайке на берегу прозрачного ручейка, вытекавшего из пещеры недалеко от реки Бзыбь. Здесь в тени самшита он засыпал, надеясь, что во сне Дзыдзлан придет к нему скорее. Красавица действительно узнала, что на поляне бывает какой-то мужчина. Любопытство взяло верх, она решила пойти посмотреть, кто это так добивается ее внимания. Но когда Дзыдзлан подошла к спящему и увидела его уродство, она рассвирепела, схватила сонного лентяя и швырнула на землю. Удар был настолько сильным, что потолок находившейся под лужайкой пещеры не выдержал и рухнул. И образовалось здесь со временем большое озеро, которое было названо Голубым за его особенный цвет.

    КАК АМАРШАН РАСПРАВИЛСЯ С МАЛЯРИЕЙ
    Хава Амаршан считался прекрасным охотником, таких нечасто в те времена можно было встретить во всей Абхазии. Он точно попадал в цель - уж очень меткий у него был глаз. На своих могучих плечах он приносил с гор зубра, Как-то раз под вечер бог Ажвейпшаа пастух всех зверей, сидел по обыкновению на опушке леса и доил лань. Случайно лань толкнула ведро копытом, и молоко пролилось на землю. - Чтоб тебя Хава Амаршан застрелил! - выругался огорченный Ажвейпшаа, взял пустое ведро и пошел прочь. Слова Ажвейпшаа услышал Хава: он подкрался к Ажвейпшаа и стал наблюдать за тем, как тот доил лань. Сорвав с плеча винтовку, он пристрелил несчастное животное. Затем связал ему ноги, взвалил на плечи и отправился домой. Вечерело. Тем временем под горой, возле большого болота, дышащего ядовитыми испарениями, собрались бледные тени болезней. Злые и мрачные, сидели они и, шипя, словно змеи, рассказывали друг другу полные ужаса истории о том, как терзали они людей всевозможными болезнями, жгли своим зловонным дыханием, как преждевременно сводили в могилу. Легкой походкой шакала подкрался к ним Хава, прилег на землю и стал внимательно слушать страшные рассказы. Долго рассказывали болезни друг другу о своих подвигах, пока наконец не начали спорить, кому куда на этот раз пойти. Всем нашлось дело, лишь одна малярия не знала, куда себя деть. - Пойду-ка я к Хаве Амаршану,- сказала она.- Попробую справиться с ним, хоть он силен и крепок, но и я не слаба. - Брось, не ходи к нему,- отговаривали малярию остальные болезни.- Хава - очень хитрый. Мы пытались справиться с ним, да из этого ничего не вышло. Смотри, наживешь ты с ним беды. - Посмотрим,- ответила малярия.- Кстати, сего дня он отправился на охоту. Вечером, когда, усталый и измученный, он вернется домой и, как всегда, попросит принести ему стакан воды, я впрыгну туда, а Хава выпьет эту ВОДУ, и тут-то я и возьмусь за него. Болезни пожелали друг другу успеха, договорились встретиться на том же месте ровно через месяц и разбрелись по сторонам. Вернулся домой и Хава. По дороге он зашел к пастуху и взял у того большой крепкий бурдюк. Дома Хава попросил у жены напиться. Она проворно подала ему стакан с водой и медом. Тем временем малярия притаилась в углу и ждала удобного момента, чтобы впрыгнуть в стакан. Краем глаза следя за болезнью, Хава взял из рук жены стакан, поднес его к губам и нарочно на мгновение придержал его. Малярия быстро метнулась из угла в стакан, только один маленький пузырек образовался на поверхности. Хава быстро вылил содержимое стакана в бурдюк, крепко завязал его, подвесил сушить на крюк над огнем, а сам сел ужинать. Прошло две недели. За это время бурдюк так усох, что стал величиной с кулак. Пожалел Хава малярию, снял бурдюк с крюка, развязал и бросил в воду. Через две недели Хава отправился на условленное место встречи болезней к болоту. Там он спрятался в кустах и стал ждать. Стемнело. Над болотом поднялся туман. С разных сторон начали сходиться сюда болезни. Не было среди них только малярии. Долго ждали ее болезни и все удивлялись, почему она не идет. Наконец вдалеке показалась малярия. Изуродованная, иссушенная, едва дыша, припадая на обе ноги, останавливаясь на каждом шагу, с трудом тащилась она по дороге. Кинулись к ней болезни, помогли добраться до места. С трудом переведя дыхание, малярия слабым голосом поведала подругам о своих злоключениях. В старину люди умирали от малярии, такой сильной она была. Однако, после того как Хава Амаршан разделался с ней, эта болезнь лишь мучает людей. Убить же их у нее не хватает сил.

    КАК УБЫХИ СТАЛИ САДОВОДАМИ
     Было время, когда убыхи не занимались сельским хозяйством, особенно садоводством. Они считали, что земледелие - это труд невольников-пленников да и садоводство никак не дело убыха-воина. И без того волею бога убыхская земля изобиловала яблоками, грушами, орехами, алычой и другими съедобными плодами. Как-то раз один убых погиб в неравном бою с врагом. Но душу его, несмотря на воинские заслуги, бог отправил в ад, где и пришлось ему голодать, хотя из-за огромной плетеной ограды он видел, как люди в раю разводили сады и вдоволь вкушали румяных плодов. А он и подобные ему грешники смотрели на этих тружеников и завидовали. Прошло время. Убых страшно изголодался и похудел. Плоды, которые удавалось собрать в густых чащобах и на горных склонах, были горькими. И поклялся тогда убых всеми святыми, что если ему соизволит бог даровать жизнь, то он призовет свой народ к труду и занятию садоводством. Услышал бог его стенания и вернул на землю. Ожившего убыха народ причислил к лику святых, и все стали беспрекословно выполнять его указания. Прежде всего убых объявил садоводство священным делом, сказав, что каждый мужчина должен за свою жизнь посадить пятьдесят деревьев. Только тогда он может попасть в рай. Женщины же должны были заняться огородничеством.

    ЗМЕЯ-БЛАГОДЕТЕЛЬНИЦА
    Ехал как-то один абхаз лесом. И тут заметил горящий кустарник. Оттуда раздавалось шипение змеи. Всадник подъехал поближе и ударил кнутом по кусту; змея схватилась за конец кнута и выползла из огня. - Чего ты хочешь в награду? - спросила она. - Богатства, счастливой жизни,- ответил всадник. - Проси больше,- сказала змея. - А я не знаю, чего просить. Тогда змея сказала: - У нашей сестры есть волшебное кольцо. Если будешь обладать им, заимеешь все, чего пожелаешь. Но чтобы ты смог добыть кольцо, я должна подуть на тебя три раза. Если я при этом не удержусь и влезу в тебя, достань скорее кусок свинины, поешь, и я тут же вы лезу. Подула змея раз, два, а на третий влезла в человека. Всадник опрометью помчался к ближайшему селению. Вошел в дом, нашел свинину и съел. Тут змея и выползла из его глотки. Хозяева дома, увидев змею, решили убить ее, но всадник не позволил: - Это мой гость, моя благодетельница.

    ЭРДЗЕГАШРА - ЗАКОЛДОВАННОЕ ОЗЕРО
     В стародавние времена в Южной Абхазии жил один пастух по имени Боши. Все лето пас он отару в горах и хорошо откормил овец. В месяц дождей перегнал Боши стадо в долину, постриг и, так как стояли погожие дни, и ничто не предвещало приближения зимы, вернулся назад в горы. Под вечер расположился он со стадом на берегу озера Эрдзегашра. Как стемнело, из вод озера вышел огромный баран и до утра играл с его овцами. Пастух в изумлении глядел на это зрелище. Баран и на вторую ночь поднялся из вод озера. Еще на полтора месяца задержался Боши в горах. На второй год, по весне, сказал ему младший брат: - В этом году я пойду с отарой в горы. Долго не соглашался Боши, уж очень не хотелось ему отпускать брата, но тот все-таки настоял на своем. Погнал младший брат стадо и вскоре пришел к берегам Эрдзегашра. Ночью из озера вышел огромный баран и стал покрывать маток. Удивился пастух, не удержался и громко вскрикнул. Шарахнулось в испуге стадо овец. Вздрогнул и чудесный баран, бросился в воды озера, а за ним попрыгало туда и все стадо. Опечаленный младший брат с пустыми руками возвратился домой и поведал Боши о своих злоключениях. Огорчился Боши: - Говорил я тебе: не ходи - ничего не будет от этого хорошего! Взял тогда Боши различные музыкальные инструменты - соинари, чианури, чонгури,- поднялся к озеру Эрдзегашра, сел у берега, запел, а потом заиграл - сначала на одном, потом на другом и так по очереди на всех инструментах. На звуки музыки из озера вышли овцы. Удивился младший брат и от радости снова вскрикнул. Тогда стадо бросилось в воду. Горько опечалился Боши. Долго он пел, играл, но стадо больше не возвращалось. - Без отары не к чему мне жить! - воскликнул в отчаянии Боши и последовал за своим стадом, бросившись в воды Эрдзегашра. После этого пастухи много раз слышали крики "Гей! Гей!", доносившиеся из озера. И не раз, перегоняя стада, видели они, как волны прибивали к берегу озера клочья овечьей шерсти.

    БЕСЛЕТСКИЙ МОСТ
    В далекие времена пришли из-за моря на нашу землю чужестранцы. Они жгли города и угоняли в рабство людей. Казалось, не быть больше священной земле Апсны, погибнет славный народ абхазов. Заполнили чужеземцы все побережье. Только горстка храбрецов-абхазов еще сражалась и совершала набеги на завоевателей с предгорий Кавказа. Они поклялись освободить родную землю. Их решимость вселяла в слабых духом уверенность в победе. Решили храбрецы и примкнувшие к ним воины повергнутых абхазских отрядов напасть на армию завоевателей из глубокого тыла. Но для этого нужно было построить мост через ущелье. А под рукой был только камень с горных круч да песок. И тогда прошел Во земле Апсны клич: "Каждый, кому дорога свобода, пусть даст гонцам куриное яйцо". Удивлялся народ, никто из них догадаться не мог, как куриное яйцо сможет принести долгожданное освобождение. За один день и ночь было собрано сорок тысяч яиц. Опытные мастера приготовили замес из песка и яиц, построили за одну ночь мост, а когда прошло еще три дня, горсть храбрецов ударила в тыл завоевателям. Враг был сброшен в море. Обрели земля Апсны и люди этой священной земли долгожданную свободу и радость. Беслетский арочный мост, сохранившийся с глубокой древности и почти не тронутый временем, находится в 6 км от Сухуми, в начале живописного ущелья, где протекает река Басла (Баслата, Беслетка). Беслетский мост - единственное древнее абхазское сооружение подобного рода. Он хорошо сохранился до наших дней и по праву считается замечательным произведением строительного искусства средневековой Абхазии. Свод моста, представляющего однопролетную каменную арку длиной 13 м, сложен из квадратных плит известняка. Камни свода обтесаны в форме клиньев и скреплены прочным известковым раствором (как известно, древние строители гасили известь для сооружения в течение трех-пяти лет). Грузоподъемность его и сейчас достигает 8 т. На боковой грани моста на тесаных плитах вырезана надпись древнегрузинскими заглавными буквами асомтаврули, которая гласит: "Христос-владыка, всячески возвеличь в обеих жизнях..." Эта надпись относится по палеографическим признакам к XI-XII вв. В нижней части левобережного устоя моста сохранилось изображение креста и буквы "Т" ("т" и "у"). В старину здесь проходила важная дорога в горные долины, и мост имел большое военно-стратегическое значение. Возле моста и сейчас виднеются развалины боевых башен, защищавших от нападения противника мост и вход в ущелье. Существует и другое предание, связанное с пребыванием в Абхазии грузинской царицы Тамар (1184- И213), которая якобы много раз проходила по этому мосту со своей свитой и любовалась живописными окрестностями. Легендой о сборе яиц по всей Абхазии люди стремились объяснить необычную прочность моста. Как известно, в древности яичный белок действительно добавляли в раствор при кладке. Однако этот мост сооружался без яичного белка, и тем не менее он удивительно прочный и вот уже 800 лет стоит целый и невредимый.


    Amra Inal-ipa

    • Гость
    Re: Легенды Абхазии
    « Ответ #6 : Сентябрь 25, 2010, 05:37:05 pm »
  • Publish
  • 0
    Абрскил

    Выдающимся произведением абхазского устного народного творчества является сказание о великом друге народа, абхазском Прометее - богоборце Абрскиле. Оно имеет большое распространение, главным образом, у абжуйцев, среди которых, как говорят, кое-где еще помнят и древнюю песню в честь этого героя. Знали его, по-видимому, и убыхи. Рассказ об "убыхском Прометее" записан в Турции в 1955 - 1956 гг. Ж. Дюмезилем и А. Намитоком со слов одного из лучших знатоков убыхского фольклора.

    Содержание абхазской легенды сводится к следующему. Некогда жила в Абхазии одна божественная дева, которой был дан обет безбрачия. Однажды неожиданно она почувствовала себя беременной и вскоре родила необыкновенного мальчика. Это был Абрскил. Согласно одному варианту, он являлся воспитанником одного из представителей Ачба - древнейшего абхазского княжеского рода. У него был неразлучный друг и соратник - крылатый конь "араш" (арашь); не расставался он также со своим мечом и посохом "алабаша". Абрскил обладал огромной физической силой; он играл, как хотел, стопудовыми камнями и одним ударом меча рассекал их пополам.

    Больше всего на свете Абрскил любил свою родину Абхазию - "прекрасную Апсны" и безжалостно уничтожал ее врагов. Он самоотверженно боролся за правду на земле и счастье народа, ненавидел рабство, презирал злых и сильных мира сего, помогал нуждающимся, защищал обиженных. Преследовал все то, что может вредить человеку, в частности, истреблял папоротники и тернии, так как они мешают обрабатывать поля, воевал с великанами - врагами человечества и т. п. Гордый Абрскил не считался ни с какой властью, не признавал даже Бога и соперничал с ним. Например, когда разразится гроза, он садился на коня и мчался по горам, размахивая своим сверкающим мечом, как молнией, или привязывал к седлу огромный менюк из коровьих шкур, наполненный камнями, и, грохоча, носился с ним, подражая небесному грому. Абрскил никогда не преклонял головы, проезжая под лианами, перекинутыми между деревьями, но обязательно перерезал их своей саблей, дабы никто не подумал, что он боится Бога и молится ему.

    При нем изобилие и благоденствие царили в Абхазии. Страшась его, враги прекратили грабежи и нападения, сабли их, которые они не смели вынимать из ножен, покрылись ржавчиной. Мирно жили люди на своей земле, страна покрылась тучными травами, и они по нескольку раз в день доили своих коров.

    Народ любил своего славного благодетеля. Однако у Абрскила было и немало врагов, в том числе и сам Бог преследовал его. И вот грозный небесный владыка приказал заточить безбожника Абрсиила в подземелье на вечные муки пока он не станет признавать Бога.
    Посланные свыше ангелы изловили (по наущению злой старухи-волшебницы) непримиримого богоборца и заточили его с конем в глубине члоуской пещеры, привязав цепями к железному столбу (по одному варианту, его подвесили в пещере). Враги торжествовали, а весь народ глубоко переживал постигшее его горе. И люди говорили: "Кто теперь будет абрскилствовать для несчастной Апсны? Кто остановит притеснителей, захватчиков, грабителей?!" Абрскил обречен на тяжкие мучения. Железо все более впивается в его могучее тело, борода выросла до колен. Вместе с ним прикован и его верный конь, а пища у обоих - груда каленой стали.

    Однако никакие терзания в мрачном подземелье не смогли подорвать дух неукротимого героя, ничто не могло заставить его изменить своим благородным идеям. И под землей он по-прежнему думает только о благе народа и своей Родины. Стараясь вырваться из темницы, он день и ночь раскачивает столб, к которому привязан, чтобы, вырвав его, выйти на свободу и снова грянуть грозою на всех врагов - носителей зла и несправедливости. Но каждый раз, когда он, кажется, вот-вот достигнет заветной цели, прилетает какая-то неведомая птичка и садится на столб, который от этого вдруг сразу становится совершенно неподвижным. Разгневанный Абрскил берет лежащий рядом огромный молот и, размахнувшись, мечет его в то место, где уселся гость пернатый, но зловещая птица успевает улететь, молот же падает на столб и снова вгоняет его еще глубже. И так без конца.

    Однажды друзья Абрскила предприняли попытку освободить его, но, пройдя по пещере полпути, услышали доносившиеся издали стоны и лязг зубов коня, кормившегося сталью. Узнав о их приближении, Абрскил отозвался и говорит: "Что нового в Апсны? Терзают ли захватчики нашу Родину? Не появились ли снова на земле папоротники, тернии, колючки, лианы? Прекратил ли скот давать молоко три раза в день? О, погибла, несчастная Апсны! Возвращайтесь назад! Все равно не дойти вам до меня - чем больше вы продвигаетесь вперед, тем дальше уводят меня вглубь".

    С тех пор, гласит конец легенды, никто не слышал о трагическом герое Абрскиле. Молвят только, что пещерная речка еще до недавнего времени выносила навоз коня прославленного заступника народа, пригвожденного под темными" сводами члоуской пещеры, отчего будто бы и происходит ее - название: "Выносящая навоз".

    Таков идеальный эпический герой Абрскил, созданный абхазским народным творчеством как символ человечности и беззаветного служения своему народу.


    Ацаны

    Согласно этой легенде, первыми насельниками Абхазии являлись могучие карлики, которые, по одним преданиям, были предшественниками, а по другим - современниками нартских богатырей и находились с ними в близких свойственных отношениях. Это был род низкорослых горцев под названием ацан (адан). Они были такого малого роста, что, взобравшись на папоротник, могли производить на верхушке обрезку его ветвей, незаметно подойти к оленям и доить их. В те далекие времена в горах не бывало ни ветра, ни дождя, ни снега, ни града. Ничто не беспокоило ацанов, никого не признавали, даже Бога не знали они. Ацаны были козоводами, причем своих длиннобородых коз они содержали в особых каменных оградах -"ацангуарах" (ацангуара).
    Но пришел конец и ацанам, и вот как это произошло.
    Однажды, когда ацаны сидели в свой крепости ацангуара, к ним с неба спустился младенец в золотой люльке. Обрадовались ацаны, воспитали мальчика, который рос не по дням, а по часам. Когда подрос, он спросил своих воспитателей:
    - Вы, как я вижу, не знаете страха, но неужели ничего победить вас не может?
    - Разве только если ватный снег пойдет и загорится на земле, ничего больше нам не страшно, - ответили ацаны.
    И вдруг юноша исчез. В это время "большой отец" ацанов заметил, что у одного козла борода, доходившая до земли, начинает пошевеливаться. Страшное беспокойство охватило мудрого карликового старца.
    - Дети мои, на беду, оказывается, воспитали мы этого человека. Он послал нам гибель, - сказал старик, указывая на козла, у которого от ветра все более тряслась борода. Ветер крепчал и выпал глубокий ватный снег, зажегся он и все вмиг сгорело (по рассказу одного окумского старика, огнеупорность камней объясняется тем, что они перенесли страшный пожар, случившийся в последний день ацанов).
    И сошел с лица земли прославленный род ацанов. Остались в горах только развалины из каменных сооружений.

    В зоне абхазских альпийских пастбищ до сих пор встречаются остатки т. н. "оград ацанов", которые, очевидно, служили загонами для древних горных скотоводов. Н. Альбов, много путешествовавший в горах Зап. Кавказа, писал в 1893г., что почти на всех горах Абхазии от Бзыби до Ингури, на высоте от 2 133 до 2286 м широко распространены постройки адангвара, - "оригинальные сооружения, имеющие вид низеньких оград, грубо сложенных из камней, без всякого цемента. Они расположены то в виде четырехугольника, иногда разделенного еще на отделения, то в виде неправильного круга. Часто они находятся в полуразрушенном состоянии".

    Легенду о карликовом племени знают и черкесы. Согласно этой версии, некогда на западном Кавказе жили карлики под названием спи. У них зайцы служили в качестве верховых лошадей, а великаны (иниж) находились на положении рабочих. Жили они со своими лошадьми-зайцами в дольменах (по-черкесски "спун", то есть "жилище карликов"), которые были выстроены для них великанами.

     


    Facebook Comments