Автор Тема: «Терпеливо раскладывайте поленья для костра – небесный огонь упадет сверху»  (Прочитано 3143 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Salâh ad-Dîn Yûsuf

  • Новичок со стажем
  • **
  • Сообщений: 139
  • Карма 25
  • Уважение: 0
Мухаммад–Амин: координации борьбы адыго-черкесов с борьбой народов Дагестана и Чечни, всех народов Северного Кавказа против царизма.



«Терпеливо раскладывайте поленья для костра – небесный огонь упадет сверху»

1. С конца 1830-х годов адыго-черкесы все яснее осознавали, что время выдвинуло спрос на личность, способную возглавить их борьбу с царизмом. Дальновидный Шамиль предвидел такое развитие событий. Его третьим посланцем к черкесам стал уроженец дагестанского аула Гонода, Гунибского района – Мухаммад–Амин Асиялав – Аварский.

2. Что известно о нем до назначения в Черкесию? Родился Мухаммад-Амин в 1818 г. в ауле Гонода в семье потомков Казикумухского хана Магомед-Хана (старшего брата Чулак Сурхая) из рода «сеидов». С 11 лет – после смерти отца – он в качестве тильмиза (ученика-студента) обучался у именитых ученых Дагестана, переходя от учителя к учителю. Начал учебу у Даитбека Гонодинского – а потом кончил образование у знаменитого Абдурахмана Согратлинского.

3. Уже в юношеские годы он отличался привычкой к постоянному умственному труду, был известен как всесторонне образованный человек, как «хафиз», т.е. знавший наизусть весь Коран. Свои политические симпатии он сначала отдал Шамилю, заняв влиятельное место среди его приверженцев, несколько лет состоял при нем. Он пользовался доверием имама, был назначен наибом в борющуюся за свободу Малую Чечню. Здесь он облекся в красную хламиду и высокую белую чалму мюрида. Но это назначение носило, вероятно, временный характер и имело подтекстом дальний прицел. Шамиль готовил в его лице человека, годного быть направленным в нужное время к черкесам. С 1845 года или в начале 1846 года Мухаммад–Амин два года изучал предания, поверья, обычаи, религиозные верования, вообще образ жизни черкесов. Это была основательная подготовка, без учета которой многое осталось бы тайной.

4. Переезд Мухаммад–Амина к черкесам состоялся в 1848 г. и был обставлен мерами предосторожностей: его перевезли к ним на арбе, накрыв товарами. На состоявшемся в конце января 1849 года народном собрании абхазцев шейх Мухаммад–Амин, как его стали величать, зачитал собравшимся письмо Шамиля, в котором адыго-черкесам предписывалось подчиниться новому наибу. Собрание одобрило, подтвердило решение имама. Утвердившись у абадзехов, Мухаммад–Амин направил воззвание другим народам адыго-черкесии с чего началась его деятельность на Северо-Западном Кавказе.

5. Этот переезд и расставание с родным Дагестаном обратилось для наиба в целую эпоху в биографическом измерении, стало его личной драмой – он должен был вынуждено помириться с фактической утратой родной зем¬ли, к которой всегда продолжал стремиться. Об этом ярко свидетельствует содержание его писем родным, бережно сохраненные в нашем родовом архиве.

6. Как же оценивалась его деятельность его современниками? Цитирую первоисточник: Николай Карлгоф. 1860 г.
а) «Из последних деятелей падшего уже на Кавказе мюридизма особенное внимание заслуживает и по справедливости должен занимать первое после Шамиля место Магомет-Амин.

Посланный Шамилем со званием наиба его в западную часть Кавказа для распространения мюридизма между племенами враждебными и покорными нам, и для возбуждения их к священной войне, он потом действовал совершенно самостоятельно, по собственным своим соображениям, признавая над собою власть прежнего повелителя только по имени; имел прямые сношения с Турцией; неоднократно сам ездил в Константинополь и во время последней; так называемой «восточной» войны сделался известен в Европе. При этом независимом положении, ставившим его в уровень с самим имамом, он не может быть поставлен наряду с другими его наибами, а на него должно смотреть как на особого политического деятеля. Хотя он и не пользуется такой громкой известностью, какую приобрел Шамиль упорною 25-ти летнею войной против России, и хотя уступает ему в способностях, особенно военных, но 10-ти летнее политическое поприще Магомет-Амина замечательно по уму, искусству и настойчивости, с которыми он боролся против важных препятствий поставленных на его пути».
б) «…образование политической деятельности Магомет-Амина показывает, что он одарен хорошими способностями, искусством управлять людьми, необыкновенной деятельностью, твердостью воли и гибкостью ума, что Шамиль не оценил его по достоинству. Более политик и организатор, чем воин, и действия между племенами, не привыкшими никому подчиняться, непостоянными, раздробленными на мелкие
общества и партии, он имел блестящие успехи двигателя народа, но не выказал военных способностей».

7. Высокая, справедливая и достойная его личности оценка! Однако в нее внесены ряд существенных моментов не соответствующие действительности.
Первое – «…Признавая над собою власть прежнего своего повелителя только по имени; «…И Шамиль не оценил его по достоинству»;
Так ли это? Цитирую – Автобиография Мухаммад-Амина, написанная собственноручно по просьбе профессора Мирзы Казем – Бека 25 апреля 1860 г.

а) «После этого Россия заключила мир с турко-французо-англичанами, а мы остались вне мира… Турция, будучи уже в мире с Россией, не могла войти в наши дела, она изъявила только согласие продолжить мне управлять черкесами на основании решения Омер – Паши… С русскими же не мог помириться по примеру Турции, потому именно, что мой имам Шамиль, пославший меня наибом, еще находился во вражде с ними…»
б) «Положение наше было таково, что, не имея ни от кого помощи, нам надо было войти в мирные переговоры с русскими, о чем я думал было, но как я был послан сюда шейхом Шамилем, а он был еще в войне с русскими, то я постыдился начать мирные переговоры прежде его, дабы мне не быть изменником, – и так мы
воевали 3 года».
в) Из письма имама Шамиля к Мухаммад–Амину от 27 ноября 1859 г. Калуга.
«От смиренного Шамиля любезному сыну его верному Мухаммаду и братьям его, всем славным и уважаемым правителям, ученым, старшинам и начальникам Абадзехов, Шапсугов, Убыхов и Натухайцев».
Кстати очень важный момент – вторая часть имени «Амин, что означает «Верный» присвоен ему Шамилем.

г) Из воспоминаний профессора Мирзы Казем-Бека о Мухаммад–Амине после встречи с ним. 22 апреля 1960 г.:
«Я нашел его весьма приятным, очень ученым человеком… Он видел свет более Шамиля… Но все-таки большая разница между ним и Шамилем! Он ученее Шамиля, опытнее и, как кажется мне, красивее его, но остается одно важнейшее на стороне Шамиля – достоинство, которым человек покоряет и ученых, и опытных, и малых и великих – это светлая голова, здравый самородный ум, которая всегда и очаровывает, и повелевает. Этим то Шамиль покорил, соединил под свою власть весь Дагестан, и Мухаммад–Амин был в числе его мюридов…
Мне было очень любопытно знать, как будет отзываться он о Шамиле, в особенности теперь, когда он вовсе не нуждается в нем. В честь его (Мухаммад–Амина) да будет сказано, что всякий раз он произносил имя Шамиля не иначе как произносит преданный ученик имя уважаемого своего наставника или бывший подчиненный – имя бывшего, умного и почитаемого начальника…» Комментарии излишни!

2. Второе – «…имел прямые сношения с Турцией;..»
Были ли эти отношения однозначными? Нет! Цитирую:
а) Николай Карлгоф. 1860 г.
«По официальным известиям видно, что Магомет–Амин по настоянию нашего посольства тогда же был арестован в Константинополе и отправлен в ссылку в Дамаск…»
б) Мухаммад–Амин. Автобиография. «Когда я прибыл в Константинополь – …хункар велел меня арестовать… через полтора месяца меня сослали в Сирию». Только в конце 1857 г. – ему удалось бежать из ссылки. Он через два месяца после побега достиг до Требизонда и оттуда возвратился морем на Кавказ. Судите после этого сами! О содержании прямых сношений Мухаммад–Амина с Турцией.

3. Третье – «…но не выказал военных способностей».
Несколько фактов:
а) Только в 1849 году Мухаммад–Амин с мюридами 101 раз выступал в боевые операции с превосходящими по численности и вооружению царскими войсками и большей частью оставлял поле боя за собою.
б) После пленения Шамиля царское правительство перебросило (перевело) дополнительно на Закубанский фронт 10 батальонов регулярной армии, кавалерскую дивизию, казачьих полков и 100 орудий, что позволило переломить ход боевых действий в пользу царской России.
Трудно выказывать военные способности против превосходящих по численности, имеющих современное вооружение и закаленных в захватнических войнах регулярных войск царской России, имея войско, основанное только на личной храбрости и не ушедших в вооружении далеко от лука и стрел.

8. Мухаммад–Амин посильно стремился к единению и координации борьбы адыго-черкесов с борьбой народов Дагестана и Чечни, всех народов Северного Кавказа против царизма. Во многом из того, что было совершено в эти героические годы, особенно с 1848 по 1859 год, на Северном Кавказе остался яркий след деятельности Мухаммад–Амина, его понимания целей, задач борьбы против царизма. В марте 1859 года Мухаммад–Амин и его соратник подписали петицию, в которой говорилось: «Во все времена единственным желанием черкесов, как известно всему свету, была свобода, на что мы имеем действительное и неоспоримое право». Борьба эта возвысила Мухаммад–Амина и его соратников.

Он дважды переизбирался народным собранием адыго-черкесских народов, что выводит его статус за рамки понятия «наиб» и они обоснованно называют его имамом Абхазии и Черкесии – Шейх Мухаммад–Амином. Проведенные им мероприятия по созданию централизованного института власти в системе управления подвластных территорий позволяют ряду авторов – историков считать Мухаммад–Амина основателем государственности адыго-черкеских народов, что на наш взгляд является вполне правомочным.
Примечателен и такой факт.

В 3-х томный сборник «Аль – Мухтар аль-Масун», куда вошли жизнеописания 1000 наиболее выдающихся деятелей ученых мусульманского мира за всю историю ислама внесены имена 12 дагестанцев – среди них к нашей чести и имя Мухаммад–Амина Аварского (Гонодинского).

9. После пленения Шамиля борьба адыго-черкесов становилась все более бесперспективной, и Мухаммад–Амин с большой группой абадзехских старшин был вынужден сложить оружие (20 ноября 1859 г.) Царским правительством ему была назначена пенсия в три тысячи рублей, что было равно признанию потерпевшей поражение Черкесии в ранге еще независимой страны. Он побывал в Петербурге, навестил Шамиля в Калуге, вскоре, однако покинул Кавказ и отправился в Турцию, где жил до смерти и похоронен в сел. Армуткой (Генуб). Рядом с могилой усилиями нашего земляка возведена прекрасная мечеть, куда на зиярат постоянно приезжают представители адыго-черкесских народов не только из России, но и со всего мира. Этот уход в Турцию, где он дважды арестовывался, должен быть правильно оценен. Он ушел туда не в силу сделанного выбора, а в силу чести и высокого долга. Он не предал тех, кто шел за ним более 10 лет, тех, кто подвергался изгнанию с Родины. Судьба изгнанников – черкесов стала и его судьбой. Он был человеком чести и долга.

Эльдаров Магомед

gazavat.ru

 


Facebook Comments