Автор Тема: Архитектура  (Прочитано 8059 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Кистинец

  • Ветеран форума
  • ******
  • Сообщений: 6635
  • Карма 311
  • Пол: Мужской
  • Мечта - мысль, которой нечем кормиться. (Ж. Ренар)
  • Уважение: +22
Архитектура
« : Февраль 22, 2012, 08:22:06 pm »
  • Publish
  • 0

    Песнь о том как построили башню
    Народный эпос

    Трижды землю поили молоком, трижды срывали грунт,
    И только когда земля отказалась пить, положили первые камни;
    Восемь огромных глыб, образующих углы башни,
    И был каждый камень ценою равен быку, а весом — восьми быкам.
    Каждый камень везли двенадцать быков, ломая копыта от напряжения,
    Каждый камень тесали двенадцать дней четыре камнетеса…

    Из разных мест ущелья привезены обломки различных глыб,
    Скрепленные известью, становились они неделимым целым.
    Первый ярус закончен, сюда никогда не заглянет день,
    Здесь пленники, кандалами звеня, будут гадать о судьбе!
    Ярус второй — уже свод сведен и очажная цепь висит,
    Здесь будет дни свои коротать семья в случае войны!
    Четвертый ярус — здесь сторожа, сменяясь у бойниц, встанут,
    И все четыре стороны света будут как на ладони.
    Так камни ложились за рядом ряд, ярус за ярусом росла башня.
    И вот на триста шестидесятый день закончил Янд пятый ярус!
    Здесь будет крыша, легкая словно свет, стройным конусом сведена,
    Ложатся уступами ряды камней, постоянно сужаясь кверху,
    И тонкие плиты сланца их перекрывают сверху.

    Закончена песня труда и камней — выше уже нельзя:
    Над самой головой легкие облака плывут, скользя,
    Садится солнце, пересекая Джерах, башня бросает тень.
    Так стал последним, замковым камнем триста шестьдесят пятый день.


    Средневековая архитектура Чечни и Ингушетии — это своеобразное явление мировой культуры. Малоизвестное и малоизученное. Типологически среди памятников архитектуры здесь можно выделить языческие святилища, христианские храмы, родовые склепы и, наконец, башни — боевые, жилые и двойного назначения.

    Чеченцы и ингуши — родственные этносы. У них общий предок — вайнахи, давшие им единый язык (обладающий различными диалектами). Многие столетия эти народы жили в самом тесном соприкосновении на территориях вдоль Главного Кавказского хребта — между современной Осетией и Дагестаном.

    Кавказский регион всегда был перепутьем великого переселения народов, мигрировавших как с востока на запад, так и с юга на север. Когда по предгорьям прокатывалась очередная волна кочевников, от нее вверх по ущельям взлетало множество племен. Последующая жизнь этих племен в малодоступных местностях способствовала обособлению и консолидации в особые этносы, история которых еще очень далека от полной ясности. Культурным контактам горцев с внешним миром способствовали такие разнородные факторы, как караваны Великого шелкового пути или приход христианских миссионеров.

    Выживая в неимоверно трудных условиях, вайнахи сумели создать архитектуру, которая сегодня поражает нас функциональностью и своей художественной выразительностью, идеально соответствующей красоте окружающей горной природы.

    Вайнахи всегда селились родовыми гнездами. В больших аулах проживало по несколько тейпов (родов). Жили в башнях. Рядом с жилой башней ставили боевую. Фактически — это дом-крепость, столь характерный для быта свободных людей в средневековой Европе.

    За надежными каменными стенами проходила не только земная жизнь — ингушская пословица гласит: «Человеку для жизни нужна башня, а после смерти — склеп». Обряд захоронения в склепах был предопределен, не в последнюю очередь, малоземельем. Лучшие угодья отводились под сельское хозяйство, а башни и склепы ставили на скальном основании. Склеп — это родовая усыпальница вайнахов. В склепы уходили больные во время эпидемий, которые периодически выкашивали людей. Выжившие возвращались домой.

    На основных тропах ставили святилища. По праздникам сюда отправлялись шествия в белых одеждах. Здесь вымаливали у бога урожай и приплод. После молитвы совершались жертвоприношения, а затем и трапезы.

    Исследователи отмечают две волны усиленного строительства. Первый период (IX—XIII вв.) в немалой степени был связан с приходом на Северный Кавказ христианских миссионеров. Именно в это время появляются храмы и самые ранние из известных боевые башни. В XIV в. начинают строиться склепы башенного типа, напоминающие уменьшенную копию боевой башни. К этому же времени археологи относят и сохранившиеся святилища. Вторая волна прокатилась в XVII в. Она была обусловлена распространением огнестрельного оружия. Боевые башни разбирали и на их месте из того же материала строили новые. Вместо широких бойниц для стрельбы из лука делали узкие щели для ружейного боя. Спровоцировала этот бум работорговля, которую развернули турки по всему Северному Кавказу.

    При всей схожести памятников архитектуры горной Чечни и Ингушетии между ними есть и существенные различия. Только на чеченской территории в различных ущельях встречаются необычные скальные башни. Вертикальная щель в скале закрыта стеной с бойницами. Входной проем сделан высоко от основания стены. В башню залезали по приставной лестнице, которую затем убирали внутрь. В Ингушетии сохранились три христианских храма X—XIII вв. в Таргимской котловине — Таргимский храм, Тхаба-Ерды и Алби-Ерды. Мечетей в Ингушетии нет. В свою очередь, Чечне нет христианских храмов, зато сохранились мечети рубежа XIX—XX вв. Вообще, чеченские боевые башни отличаются от ингушских. Ингушские башни имеют более стройный внешний вид, а чеченские башни ниже и имеют меньший наклон стен. Количество уступов у заостренного завершения ингушских башен, как правило, 11, у чеченских — больше. Но в Чечне явно превалируют башни с плоским покрытием.

    На боевых башнях в Ингушетии очень часто можно увидеть христианский символ — крест на Голгофе. Он выполнен в технике выемчатого орнамента и расположен под верхним боевым балкончиком-машикулем. На чеченских башнях этот символ почти не встречается. Зато на чеченских башнях очень часто можно увидеть языческие петроглифы: солярные знаки в виде кругов, спиралей, свастик и другие орнаменты. Встречается изображение ладони («рука мастера»). По мнению некоторых исследователей, эти петроглифы могли изображать вайнахский календарь. В Ингушетии такие петроглифы встречаются значительно реже.

    Типичная боевая башня, безусловно, является вершиной строительного мастерства вайнахов. В инженерном отношении это уникальное сооружение — при небольшом основании (4.5 х 4.5 м) она имеет значительную высоту (25—30 м) и наклонные стены. Вершина такой башни перекрывается сводом стрельчатого сечения, внешне имеющим вид ступенчатой пирамиды. Внутри башни, над ее вторым уровнем выкладывался внутренний свод по гуртам (перекрестным аркам). В этом своде делали люк, через который пролезали наверх. Верхние ярусы перекрывали настилом по деревянным балкам. С этажа на этаж внутри башни передвигались с помощью переставных лестниц.

    Вайнахская письменность и летописи нам не известны, поэтому историю этой архитектуры приходится реконструировать путем сопоставления ее с памятниками на территории всего Кавказа. Единой и единственной версии к настоящему времени пока не выработано, идет исследовательская работа.

    К сожалению, сохранность средневековых памятников вайнахской архитектуры внушает самые серьезные опасения. Горные аулы давно покинуты постоянными жителями. Дожди и паводковые воды вымывают раствор из кладки стен. Часть башен обрушилась. Сегодня в аулах обитают только пастухи. Многие боевые башни используются пастухами как загоны для скота, в связи с чем в башенных стенах были сделаны большие проломы. что также ведет со временем к обрушению памятников. К разрушениям времени за последнее время прибавились последствия войны. Например, боевая башня в селе Дере получила пробоину от снаряда. На башне в селе Шарой разрушена вершина от попадания снаряда. Снарядом с вертолета разрушен склеп в Таргимской котловине (Ингушетия). Встречаются следы вандализма. Захоронения в склепах потревожены искателями сокровищ. В целом, можно утверждать, что в течение десятилетий никто не проявлял заботы о спасении этой уникальной архитектуры для будущих поколений.

    Можно только надеяться , что сегодня все, от кого хоть что-то зависит в деле сохранения наследия народов нашей страны, начнут осознавать, что памятники архитектуры Чечни и Ингушетии — это культурное достояние мирового значения.

    Сейчас нет точных сведений о количестве сохранившихся памятников, но по предварительным оценкам их число может составлять полторы тысячи в Чечне и примерно столько же в Ингушетии.

    В. А. Кузьмин

    Валентин Александрович КУЗЬМИН
    архитектор, член Союза Московских архитекторов

                                          
                                                        Боевые башни
    Боевые башни были в основном пятиэтажными. Назначение различных ярусов башни трактуется исследователями по-разному. Одни считают, что первый этаж предназначался для содержания скота, другие – для содержания пленников. На самом же деле первый этаж башни обычно заполнялся камнями и грунтом, для того чтобы усилить нижнюю часть башни в случае применения стенобитных орудий.

    Вызывает большое сомнение и термин «жилой этаж» по отношению к боевой башне. Классическая боевая башня – это такой вид оборонительного сооружения, который не предполагает длительной осады, если речь идет не о комплексе подобных сооружений, соединенных каменной стеной, то есть маленькой крепости, например, типа Бекхайлинской. Это связано с тем, что защитники башни имели ограниченный запас вооружения, будь то камни, стрелы, ружейные заряды в более позднее время, небольшой запас продовольствия. И, конечно же, назначение этажей определяла их малая площадь. Если речь идет о сторожевой или сигнальной башне, то в ней могли нести дозор от четырех до шести человек, а в оборонительной башне, как части комплекса, укрывалась в случае опасности семья, живущая в одной или двух жилых башнях, к которым она была пристроена. Но ни один из этажей боевой башни не был приспособлен для длительного проживания, и поэтому вряд ли их можно назвать жилыми. В этом отношении абсолютно не имеющими ничего общего с реальностью являются легенды, связанные с теми или иными боевыми башнями в Чечне, в которых якобы жили их герои.

    Практически все этажи боевой башни были приспособлены для наблюдения и ведения боя.

    Чеченские и ингушские боевые башни однотипны и отличаются лишь временем постройки и габаритами. В зависимости от древности они различаются определенным уровнем строительной техники, обработки камня и изяществом форм.

    По типу перекрытия чеченские (и ингушские) боевые башни делятся на три основные группы:
    Башни с плоской кровлей.
    Башни с плоской кровлей с зубцами по углам.
    Башни с пирамидально-ступенчатой кровлей.
     
    Башни с плоской кровлей являются наиболее древними, некоторые из них можно датировать XI–XIII веками. Они отличаются небрежной обработкой камня, являются не очень высокими, имеют небольшой угол сужения кверху. Чаще всего они имели не больше четырех этажей. Эти башни в большинстве случаев были сигнальными и сторожевыми или элементами цитадели, как, например, бекхайлинские. Хотя в некоторых случаях боевые башни с плоской кровлей могли быть и достаточно высокими, и стройными, отличались довольно высоким уровнем строительной техники, как, например, Хаскалинская.

    Башни с плоской кровлей чаще всего строились в недоступных местах, на вершинах обрывистых утесов, речных мысах.

    Башни второй группы отличаются большей высотой, стройностью, тщательностью обработки камня, большим углом сужения кверху. Они могут быть отнесены уже к XIV–XVI векам. Боевые башни с плоской кровлей с зубцами по углам могли быть и сигнальными, и сторожевыми, и частью комплекса. Таких башен в горах Чечни сравнительно немного, как, например, боевая башня на левом берегу Меши-Хи в Мелхисте.

    Башни с пирамидально-ступенчатой кровлей являются наиболее поздними из всех видов боевых башен в горах Чечни и Ингушетии. Многие из них в Чечне могут быть датированы XV–XVII веками, а в Ингушетии – XVII–XIX веками. Боевые башни с пирамидально-ступенчатой кровлей практически не использовались как сторожевые и сигнальные. В большинстве случаев они являются элементом замкового комплекса, получившего распространение в горах Чечни в Позднем Средневековье. Исследователи называют эти башни вайнахскими, так как они появились на местной почве и получили распространение в Чечне и Ингушетии. В Грузии они единичны и построены мастерами-вайнахами.

    Так называемая классическая вайнахская боевая башня является наиболее совершенным в архитектурном и техническом отношении сооружением подобного рода на Кавказе.

    Обычно это квадратное в плане сооружение, сложенное из хорошо обработанных камней на известковом растворе. Башня, как правило, имеет пять этажей. На уровне второго и верхнего этажа перекрытия выполнены в виде каменных сводов, которые имеют декоративные выступы в виде перекрестия – гурты. На остальных этажах перекрытия деревянные, они опираются на балки, концами лежащие на замковых камнях.

    Башни с пирамидальной кровлей отличаются особой стройностью и изяществом. Это связано с тем, что они имеют довольно большую высоту (до 25 м) сравнительно небольшую площадь основания (5 х 5 м), довольно большой угол сужения кверху.

    На стенах пятого этажа установлены каменные балкончики – машикули.

    У башен с пирамидальным венчанием машикули были в основном однотипными, представляя собой выложенные из каменных плит балкончики, которые крепились на двух, трех или более консолях, не имели дна. Со стороны машикулей в стенах башни были большие стрельчатые проемы, из которых защитники башни могли вести стрельбу по осаждающим.

    На всех этажах башни в стенах имелись отверстия – бойницы и наблюдательные щели.

    Кроме того, многие башни с пирамидально-ступенчатой кровлей имели дверные проемы на всех этажах, которые уменьшались пропорционально сужению башни.

    Боевая башня с пирамидально-ступенчатой кровлей была высшим достижением народного зодчества вайнахов. Она строилась в удивительной гармонии с окружающей природой, всегда вписывалась в рельеф, сама становилась частью ландшафта. Сочетание малой площади основания с большой высотой, удивительная стройность и пропорциональность, пирамидально-ступенчатое венчание, подчеркивающее устремленность ввысь, симметрично расположенные балкончики-машикули, скупой, но гармоничный декор в виде геометрических фигур – все это создавало впечатление абсолютной завершенности форм.
     
    Фортификационные свойства боевой башни
     
    В результате совершенствования форм в течение тысячелетий боевая башня была наиболее приспособленной для ведения оборонительного боя. Высота ее (20–25 м) усиливала боевые возможности защитников башни. Во-первых, пущенная в них снизу стрела значительно теряла свою убойную силу. Во-вторых, это давало возможность защитникам вести круговой обстрел и увеличивало его дальность. Именно поэтому для ведения стрельбы предназначался верхний этаж, там у проемов располагались стрелки, которые держали под прицелом подступы к башне. Стрельба из лука велась поверх балкончика, который прикрывал стрелка.

    Если же враги приближались к башне вплотную, то на них через машикули лили кипяток, кипящую смолу. Возможно, для этого использовали также дверные проемы верхних ярусов.

    Сужение башни кверху позволяло защитникам сбрасывать на осаждавших камни, направление падения которых из-за рикошета было непредсказуемо и наносило врагу неожиданный урон.

    На стенах башни на каждом этаже было множество бойниц и смотровых отверстий, их нередко очень сложно отличить друг от друга. Подобные бойницы невозможно было использовать для стрельбы из лука, хотя также сомнительно использование большинства из них при стрельбе из огнестрельного оружия.

    Бойницы для ружей – тоьпан Iуьргаш – появляются в боевых башнях не ранее XVI века. Они довольно большие, по сравнению со смотровыми щелями, и имеют наклон вниз. Но при всем том ясно одно – бойницы не могут быть единственным основанием для датировки времени строительства башни, так как в некоторых башнях смотровые отверстия позднее были расширены для стрельбы из ружей. Но при этом сами башни не перестраивались.

    Оборона поселений не сводилась только к войне в башнях, которые играли роль опорных и наблюдательных пунктов. Для ведения боя использовались и крыши жилых башен, и оборонительные стены, и рельеф местности. Если же в селении было несколько оборонительных башен, то они выстраивались так, что замыкали все пространство вокруг него, практически не оставляя мертвых, не простреливаемых зон.

     Ушкалой 1980г

    Гимрой, Башни, Чечня 1977 год

    Долина Мелхисты, Терет, Чечня 1977 год.

    [bМелхистинский район, Курилам, Чечня 1977 год.][/b]

    В процессе эволюции строения, состоящие из боевой и жилой башен, перерастают в замки, обнесенные каменной стеной. Их появление в горной Чечне связано с социально-классовой дифференциацией общества.

    В работе многих авторов утверждается мысль о том, что различные фортификационные сооружения в горной Чечне были порождением родового строя, являясь собственностью рода или тейпа. Народные предания и исторические источники связывают строительство замков и крепостей с именами местных феодалов. Так, например, крепость в селении Кезеной, согласно фольклорным материалам, была построена правителем Чеберлоя Алдам-Гези, присланным сюда из Нашха Мехк кхелом. Сооружения, расположенные на горной скале, обнесены высокой стеной протяженностью почти сто метров. Внутри крепости сохранился фундамент боевой башни. Крепость Алдам-Гези, вероятно, построена в XV–XVI веках, в эпоху массовой миграции чеченцев с западных, перенаселенных районов на восток. По преданиям, эта миграция не была стихийной. Ее порядок определял Высший Совет Страны нахов – Мехк кхел.

    Владельцу, а не тейпу принадлежал и замок в селении Моцарой. Он построен на мысу, образованном при слиянии рек Терлой-ахк и Никарой-ахк. Замок состоит из примыкающих друг к другу трех жилых и одной боевой башни и защищен высокой каменной стеной. Похожий замок, состоящий из жилой и боевой башен, с обнесенным каменной стеной двором, существовал и в селении Барха, неподалеку от Моцароя. Он также, согласно фольклорным материалам, являлся собственностью одной семьи. Подобный замок с оборонительной стеной назывался по-чеченски «гIап» или «галан», цитадель же обозначалась термином «гIала». Такие сооружения были практически во всех селениях горной Чечни.

    Cтроительство жилых и сторожевых башен, а также цитаделей начинается еще в аланскую эпоху, особенно в IX–XI веках, а возведение замков и башенных комплексов приходится на XV–XVI века, когда территорию Чечни покинули сначала монголо-татары, а затем и отряды Тимура.Это было время социально-экономического возрождения Чечни после гибельных для нахских народов набегов кочевников.

    Нашествие монголов в XIII веке привело к утрате могущества Алании – государства, основным этносом которого были нахи, предки современных чеченцев. Жители равнин и предгорий вынуждены были уйти в горы, хотя некоторая часть нахов продолжала оставаться в предгорных долинах. Походы Тимура не только уничтожили остатки их государственности, но и подорвали основы древней нахской цивилизации. Именно походы Тимура привели к значительной перекройке карты Северного Кавказа. Нахские племена, населявшие западные и центральные районы Кавказа, были вытеснены из районов тысячелетнего проживания или окончательно ассимилированы ираноязычными и тюркоязычными племенами. Следует заметить, что тюркизация западных нахов (алан) началась еще в X–XI веках, и при появлении монголо-татар на Северном Кавказе среди алан Северо-Западного Кавказа уже присутствовал определенный тюрский элемент.

    Окончательная иранизация нахов Центрального Кавказа завершилась только в XV веке. Особую роль в этом процессе сыграли ираноязычные гарнизоны Тимура, разместившиеся у ключевых горных проходов Центрального Кавказа. Древний нахский субстрат Центрального Кавказа сохранил и материальную культуру, и антропологический тип, но утратил свой язык. Подобные процессы не являются единичными и присущими только данному региону. Например, в римских провинциях, причем не только в ближайших к Италии, но и в таких отдаленных, как Дакия, местное население утрачивало свой язык под влиянием римских гарнизонов и начинало говорить на латинском. Но на заимствованный язык метрополии накладывались особенности местных наречий, что привело впоследствии к образованию новых, так называемых романских языков.

    Поэтому можно говорить об определенном единстве материальной культуры нахов и осетин, которое существовала вплоть до XIV – XV веков, то есть до времени полной ассимиляции нахского субстрата ираноязычными элементами. И это единство получило конкретное проявление именно в древних архитектурных формах.

    Так называемая вайнахская башенная культура окончательно формируется в XIV–XV веках, создавая свои специфические архитектурные формы, которые уже не встречаются в других регионах Кавказа.

    После нашествия Тимура оставшиеся в живых непокоренные нахи ушли в горы. Территория их расселения ограничивалась с востока Андийским хребтом, на западе – течением Терека, на юге – Главным Кавказским хребтом, на севере – полосой Черных гор. На этой территории формируется новая этнокультурная и языковая общность, которая уже в наше время получило название вайнахской, и на ее базе окончательно складывается единая материальная культура и, в частности, один из ее видов – башенная и склеповая архитектура.

    Еще во времена нашествия монголо-татар и Тимура начинается миграция отдельных нахских племен уже внутри этой территории. Она направлена и на восток, в сторону Ичкерии и Чеберлоя, и на запад – в ущелье Армхи, и на юг – в Грузию.

    Активный период этой миграции завершается к концу XV – началу XVI века. Именно тогда складываются новые территориальные общности в горах Чечни и Ингушетии и, по всей видимости, начинается экономический подъем, который приводит к резкому социальному расслоению чеченского общества. К тому же, согласно семейным хроникам, так называемым тептарам, некоторые аланские феодалы, спасаясь от отрядов Тимура, скрывались в горных ущельях со своими дружинами, захватив свои богатства. Здесь они сталкивались с родственным по происхождению и языку населением, проживавшим в этих ущельях издавна. Конечно же, эти столкновения заканчивались по-разному. Несомненно, в этот период в горной Чечне обновляется феодальное общество, и мощные замковые комплексы и цитадели в горах – материальное тому подтверждение.
    Стелла

    Особеннаго вниманія заслуживаетъ одинъ памятникъ, сооруженный недалеко отъ аула Воуги по дорог ѣ, ведущей въ аулъ Туркали. Это двухсаженная узкая каменная плита, которой обращенная къ дорогѣ сторона покрыта разнымн высѣченными изображеніями. На верху виднѣется небольшая человѣческая фигурка безъ ногъ, подъ нею 7 кре-товъ, составленныхъ изъ лепестковъ, еще ниже кружокъ съ двумя концентрическими кружками ипо бокамъ его другіе два кружка съ лапками внизу; еще ниже фигура, подобная шахматной доскѣ, пересѣченная діагоналями; подъ нею два ряда лепестковыхъ крестиковъ, по 4 въ каждомъ ряду; еще ниже два круга въ видѣ колесъ съ изогнутыми спицами (въ одномъ 8, въ другомъ 5 спицъ), подъ ними четыре подковообразныя, но прямоугольныя фигуры и, наконецъ, у самого основанія 3 руки съ растопыренными пальцами.





    Историческая область Чечни, расположенная на левом берегу Аргуна, на границе с Грузией, между руслами рек Меши-хи и БIаьста-хи. Маьлхиста в переводе с чеченского – «страна солнца». Название это, вероятно, связано с тем, что солнце считалось тотемным предком чеченского племени, жившего здесь. Хотя есть и другое предположение: дело в том, что южные склоны хребта Коре-лам, на котором находилось большинство селений Маьлхисты, круглый год освещены солнцем.

    Остались в Маьлхисте и следы былого христианства. Прежде всего в топонимике, например, в названии селения ЖIаре — «Крестовое», которое расположено по правому берегу Меши-хи, а также ЖIаре-Хьостуй – «Крестовый родник», расположенный недалеко от селения. Можно отнести к христианскому изображение в виде распятия на боевой башне в ЦIой-пхьеде, а также изображение человеческой фигуры с копьем, по всей видимости, Святого Георгия, который был очень почитаем на Кавказе и отождествлялся с древним богом солнца.

    Именно здесь, по преданию, собиралось в прошлом общечеченское войско. Как гласит легенда, в далекие времена в Маьлхиста, у подножия самых высоких гор, в ущелье, где быстрое течение Аргуна образует широкую дельту, один раз в год собирались чеченские воины. Как бы далеко они ни жили, каждый из них должен был прибыть сюда в назначенный день, пока не взошло солнце. Того, кто приезжал последним после восхода солнца, ждала казнь. Таков был закон, установленный Высшим Советом страны — Мехк-кхелом. Однажды, торопясь на очередной сбор, скакал по ущелью воин, зная, какое суровое наказание ждет его, если он опоздает. Но, увидев солнце, поднимающееся над вершинами, и стройные ряды воинов, он замедлил бег коня. «Ты опоздал, воин. Следуя закону, мы должны казнить тебя, – сказали ему старейшины, входившие в Высший Совет страны. – Но сначала ты должен назвать причину». Молчание нависло над ущельем, только мерный гул Аргуна нарушал тишину. Ни слова не произнес воин, опустив голову и приготовившись к смерти. «Ты должен назвать причину», – повторил старейшина. «Я вчера женился, – произнес воин тихо, – но узнал, что моя невеста любит другого. И решил погибнуть, чтобы она получила свободу и могла соединиться с любимым».

    Но тут послышался стук копыт, и люди увидели всадника, несущегося на быстром коне. «Подождите! Я приехал последним, казните меня!» – крикнул он. И когда спросили у него причину, по которой он опоздал, воин ответил: «Вчера девушка, которую я любил, вышла замуж. Зная, что ее жених может опоздать на сбор, я, приехав сюда пораньше, ждал его, спрятавшись в ущелье. И увидев его, сразу же поехал вслед за ним. Я не хотел, чтобы его смерть омрачила жизнь девушки, которую я любил. Я же готов к смерти». Удивились старейшины, и ушли на совет. Наступил полдень, прошел вечер, и только поздно ночью они вынесли свой приговор: «Пока среди нас есть такие благородные люди, ничто не угрожает чеченской земле. Мы отменяем суровый закон предков. Пусть больше никогда по этой причине не прольется чеченская кровь в ущелье Маьлхисты».

    Когда-то Маьлхиста была густонаселенной. Здесь насчитывалось до четырнадцати селений. Доза, Банах, Комалх, Коратах, ЖIарие, БIениста, Сахана, Икалчу, Тертие, Меши – их развалины раскинулись по ущельям Аргуна и Меши-хи, в основном по южному склону хребта Коре-лам, мрачным безмолвием подчеркивая бренность жизни и вечность смерти и камня. Словно печать заклятия довлеет над башнями, в которых еще полвека назад бурлила жизнь и кипели человеческие страсти.

    Но более всего поражает мрачным великолепием ЦIойн-пхьеде – древний культовый центр Маьлхисты. ЦIойн-пхьеде – это, прежде всего, некрополь, город мертвых, состоящий из полусотни каменных склепов.

    При входе в город мертвых у тропы стоят два столпообразных сооружения. Это селинги – языческие святилища. Возле них выполняли разного рода культовые ритуалы и приносили в жертву животных. Кроме того, отправляясь в путь, в специальные чаши, посвященные божеству, люди клали деньги, кольца, серьги и другие ценные вещи, и никто до них не дотрагивался. Считалось, что тот, кто возьмет что-либо из этих вещей, в наказание будет лишен разума.

    Сразу за святилищами располагаются склепы, которые разбросаны небольшими группами по северному склону горы. Склеп, или, по-чеченски, маьлхан-каш, то есть солнечная могила – это прямоугольная постройка в виде домика, выложенного из камней, на известковом растворе. Наружные стены некоторых склепов замазаны глиняно-известковым раствором. Некоторые склепы состоят из двух помещений, одно из которых служило поминальной камерой. В ней вдоль стен выложены скамьи из камня и устроены ниши для свечей. В поминальной камере родственники в дни священных праздников пили ритуальное пиво и поминали покойных. В фасадной стене склепа устроен лаз — четырехугольное отверстие, обрамленное каменной рамкой. Старики утверждают, что в старые времена эти отверстия закрывались специальными каменными плитами. Очень часто камни с лицевой стороны склепов украшены петроглифами, они охраняли склеп от темных сил. Чаще всего это свастики, кресты, спирали. Кроме того, на некоторых склепах сохранились знаки, которые, вероятнее всего, были своеобразными фамильными гербами. Над лазом одного из склепов на северо-восточной стороне некрополя в стену встроен хорошо обработанный камень округлой формы, напоминающий человеческий череп. Он почти зеркально гладкий, по всей видимости, от постоянного прикосновения человеческих рук. Внутри склепов, вдоль стен, устраивались каменные полки в два-три ряда, на которых укладывали покойников. Рядом с умершим оставляли оружие, предметы домашнего обихода, которые, по представлению их родственников, могли им понадобиться в ином мире. Хотя большинство склепов было разграблено после выселения местных жителей в 1944 году, но до сих пор в некоторых из них чудом сохранились изделия из керамики и дерева, стрелы, женские украшения.

    Возникновение и существование коллективных склеповых захоронений датируется XII—XIV веками. Народные предания по-разному говорят об их происхождении. Согласно одной из легенд, склепы начали строить во время эпидемий, когда люди оставляли свои селения, спасаясь от мора, и некому было хоронить умерших. Больные сами приходили в склепы и умирали на каменных полках.

    Сведения о страшной эпидемии в Маьлхисте сохранились в легенде об Ун-нане и мелхинцах. Ун-нана, богиня болезней, посетила празднество, посвященное богине плодородия Тушоли. Но во время ритуального шествия она посчитала, что молящиеся оскорбили ее своим невниманием, и наслала на них заразные болезни.

    Над склепами возвышается боевая башня. Она снабжена множеством бойниц, а у самого верха – машикулями. На камни башни нанесены петроглифы – магические знаки, которые должны были оберегать башню и воинов от врага.

    К югу от «города мертвых» находилось прежде селение ЦIойн-пхьеде, отделенное от некрополя прочной каменной стеной, примыкающей к башне. Это было большое по масштабам горной Чечни селение. Как говорят старики, в ЦIойн-пхьеде из одних только ворот выезжало шестьдесят воинов на одинаково серых конях. Оно было очень хорошо укреплено. С северной стороны его прикрывала боевая башня и высокая каменная стена, с юга – высокий, неприступный обрыв, с юго-восточной стороны, над Аргуном возвышается мощный замок. Селение ЦIойн-пхьеде было разрушено в результате междоусобной войны.

    Как рассказывает легенда, три месяца осаждали его враги и не могли взять. В ЦIойн-пхьеде жила девушка, возлюбленный которой находился в стане врагов. Поздней ночью она поднялась на стену и указала осаждавшим безопасный проход со стороны пропасти. Враги ворвались в селение, и оно было разрушено до основания.

    Вследствие удаленности от равнины и хороших естественных укреплений и фортификационных сооружений, построенных по всему Аргунскому ущелью, до Маьлхисты редко доходил внешний враг. Но междоусобные войны, кровная месть терзали эту землю. Подобное положение старики объясняли проклятием Ун-наны, богини болезней. Когда-то в ЦIойн-пхьеде жили три брата – Цатеш, Матеш, Макхера. Они совершали поминки по своей матери и приносили в жертву скот. Все именитые маьлхи собрались здесь. Туда пришла и Ун-Нана, чтобы пустить на людей заразу. На плечах у нее висели переметные сумы, полные золы. «Если мы не убьем Ун-Нану, то она погубит наших гостей» – подумали братья и ударом сабли отсекли ей голову. Голова Ун-наны покатилась по склону и пробормотала: «Да не придет моровая болезнь в Маьлхисту, да не иссякнут война и вражда среди маьлхи».

    Действительно, все в ущельях Маьлхисты напоминает о том, что люди, которые здесь жили, находились в состоянии войны всех со всеми.

    К востоку от селения Коротах лежат селения Комалха, Банах – на левом берегу Аргуна и Доза – на правом. Посередине меж этих трех аулов сохранилось живописное место, которое называлось Узум-метте — «Место, где исполняются песни». В средние века, во время священных празднеств, жрецы пели здесь культовые песни, и, когда раздавались звуки песни, жители окрестных селений знали о начале религиозных церемоний.

    Вверх по ущелью реки Меши-хи, вдоль хребта Коре-лам, лежат руины селений Икалчу, БIениста, Сахана, Терте, Мешех. В селении Терте хорошо сохранился башенный комплекс, а также некрополь на южной окраине.

    На правом берегу реки Меши-хи было всего лишь два селения: Кегине и ЖIаре. Сторожевая башня ЖIаре видна с мыса ЦIойн-пхьеде, она нависает над пропастью на высокой, обрывистой скале.

    В работах этнографов, археологов Маьлхиста, как правило, характеризуется как мрачный и угрюмый край. На самом деле ущелья Маьлхисты очень красивы в любое время года. Весной здесь цветут дикая слива, шиповник, очень много разных цветов. Зимой, даже в январе, тепло и солнечно. Золотистого цвета трава и ярко-зеленые сосны живописно смотрятся на фоне серых скал и снежных вершин. Прекрасно вписываются в пейзаж и величественные башни, черные камни которых эффектно контрастируют с золотом травы.

    Вплоть до 1944 года почти вся Маьлхиста была заселена, имелась даже школа-интернат в селении Сахана. Но после выселения жителей в 1944 году большинство боевых и жилых башен было взорвано, а некрополи разграблены.
     
    Глава из книги Лечи Ильясова «Тени вечности»





    Церковь Тхаба Ерды построенная Грузией в Кхо Кхале(Троеградие или Г1алг1ай Че- это часть Ингушетии)
    Церковь Тхаба-Ерды является самым известным религиозным памятников в Ингушетии. Но, несмотря на это, в шестидесятые года XX века он оказался в тяжелом состоянии. Благодаря стараниям историка Крупнова, была заключена договоренность Министерства культуры с реставрационными мастерскими Грузии, и в 1969 – 1971 годах была проведана реставрация, которой руководил архитектор Л.Химшиашвили. Одновременно с этим вели раскопки археологи. По их результатам Г.Гамбашидзе пришел к выводу, что памятник был построен в IX-X веках.

    Тхаба-Ерды – храм, который находится на государственном учете, как памятник, имеющий большую культурную и историческую ценность.




    Моцарой,1977 год, область Мохк/Марк (союз разнородных сел) Нашха. Союз Мохка Нашха образовался в начале 18 столетия.

    Иттар Кхаьле,1977 год, Галанчожская Акка, ЧЕЧНЯ

    [bСредневековая чеченская архитектура

    Помимо этого, в горной Чечне встречаются и пещерные склепы (Шатой, Ялхарой , Чермахой, Итир-кале(аккинская крепость), Васеркел(нашхой)).
    По информации В.Тменова, как аланские памятники они известны в Крыму, где датируются VI–VIII веками....


    История башенного города Зенгалы в Галанчожской Аккхе.

    Руины горного города аккинцев Зенгале(Зиен ГIали/ ЗIен ГIала) в Галанчоже(ГIалланд ЧIоаж).
    Одиз из сильнейших замков чеченцев в Нашахе(авт - здесь Галанчожский район Чечни) знаменитый замковый комплекс аккинского рода зиенгалой:

    « Последнее редактирование: Февраль 29, 2012, 06:28:17 pm от Кистинец »

    Оффлайн Кистинец

    • Ветеран форума
    • ******
    • Сообщений: 6635
    • Карма 311
    • Пол: Мужской
    • Мечта - мысль, которой нечем кормиться. (Ж. Ренар)
    • Уважение: +22
    Re: Архитектура
    « Ответ #1 : Февраль 29, 2012, 06:11:39 pm »
  • Publish
  • 0
    Петроглиф на башне, Шарой, Шаройский район, ЧЕЧНЯ

    Петроглиф на камне, Хой, Чеберлойский район, ЧЕЧНЯ

    Хой

    Тазби-Чу(Чанта), Итум-Калинский район, ЧЕЧНЯ

    Предок итум калинцев ИТОН

     Из восточных стран Итон пришел в Грузию. Живя там, он однажды пошел прогуляться в наши края и пришел в те места, где живут ныне хилдехаройцы. В местечке Берте Итон присел отдохнуть, а посох воткнул в землю. Сидя, Итон уснул. Проснувшись, он увидел, что на его палке ласточка свила гнездо. Итон сказал про себя: «У меня есть мул, чтобы носить камень, и здесь течет Аргун, по которому можно сплавлять лес. Итон основался здесь жить и женился на женщине из аула Тусхара.

    Тусхаройцы пригоняли свой скот на пастьбу к Итону. Он и его близкие безвозмездно пасли его, откармливали и возвращали тусхаройцам. У Итона выросли два сына. Они возмутились тем, что их заставляют пасти чужой скот. Они перебили все рога у пригнанного скота и отогнали его обратно. За это род Дышнй объявил им вражду, и его воины пошли на Итона и его сыновей. С семьей Итона жила женщина по имени Наналг. Она заметила приближающихся врагов и дала знать об этом. Итон и другие сели в засаду и перебили многих врагов. В этом бою погибла и Наналг. Ее похоронили на холме Ханоле. После этого Итон жил в Итум-кале. Оттуда он переселился в Мелхисты, а затем ушел в Грузию и стал там жить
    ________________________________

    Источники:
    В 1964 г. рассказал Даут Бетигов (90 лет, житель сел. Итум-Кале, безграмотный). Записал А. С. Куркиев.

    [bПетроглифы на стене башни в Тазби Чуь/Чанта 1977 год][/b]
    « Последнее редактирование: Февраль 29, 2012, 06:36:34 pm от Кистинец »

    Оффлайн Кистинец

    • Ветеран форума
    • ******
    • Сообщений: 6635
    • Карма 311
    • Пол: Мужской
    • Мечта - мысль, которой нечем кормиться. (Ж. Ренар)
    • Уважение: +22
    Re: Архитектура
    « Ответ #2 : Октябрь 21, 2012, 02:19:23 pm »
  • Publish
  • 0
    Замок тейпа Нашхой в горах Галанч1ожа. Уникальное строение в неприступных скалах!

     Нашха с.Моцарой  Башня г1арби одна из семи башен что находились на территории Моцароя.В полуразрушенном состоянии до наших дней дошли еще две башни.Одна оборонительного типа встроенная в скальную нишу,,находиться в местечке называемом "Моц1арха кеча"(Ворота Моцароя). Другая - жилая башня, Сулиман г1ала,находиться в с. Моцарой, сразу за мечетью.




    http://u1ver.livejournal.com/120587.html

     


    Facebook Comments